В пятницу вечером лица на соседние столики расступаются для более взрослого развлечения. Многие из них — мальчики с папиными кошельками, но мне нужно что-то посерьезнее. Столы переполнены взрослыми, готовыми насолить отцу в ближайшие дни.
Я как раз и думала о свободном графике, слоган и макеты могу и дома делать.
— Тогда у тебя остается только один вариант, — делаю печальную мину, тяжко вздыхаю. — Отправить меня в декрет.
— Серьезно? Давай сразу в двойной, чтобы я не переживал, что мою неугомонную жену найдут приключения.
— Это ты мне так припоминаешь наше знакомство?
— Я рад, что твой интерес привек тебя ко мне, а не к Омару, допустим.
— Но Омар решил нашу участь, так что на свадьбу идем и от души его благодарим, пожелав им с Миланой своих детишек поскорей.
— Без понятия, я не интересуюсь личной жизнью бывшей жены.
— Все же ради Хади стоило, — Давид поджимает губы и хорошее настроение исчезает. — Ты не можешь вот взять и перечеркнуть факт, что Милана мать.
— Ты лояльна к ней, Алена. Я могу простить ей измены, сам в этом виноват, семьи на расстоянии не бывает, но то, что случилось с Хадей… — прикусывает губу, отворачивает голову в сторону зала, ища глазами дочь.
— Только не обвиняй себя в этом."
"— Но есть и моя вина. Возможно, будь я более внимательным отцом, ничего такого не случилось.
— Поэтому стоит ее забрать к нам, окружить ее любовью, заботой, дать почувствовать уверенность в том, что никто ее не бросит и не забудет. Конечно, ты все правильно сказал по поводу садика, работы, но мы что-нибудь придумаем, главное быть вместе, как сейчас!
— Я тебя услышал, Ален, но давай не будет торопить события, — обхватывает мою ладонь, целует пальцы.
После обеда мы гуляем по окрестностям, в номер возвращаемся уставшие. Хадя умытая, сонная засыпает почти сразу, Давид даже не успевает ей дочитать страницу сказки.
— Спинку потрешь? — наваливается на меня сверху, прикусывает мочку, я шиплю, кошусь на соседнюю кровать.
— Я смотрю, выпил эликсир молодости, готов на подвиги старый воин, — обожаю просовывать руки под одежду Давиду и гладить его.
— Кто-то меня обвинил в том, что не сдерживаю свои слова, а я не такой.
