В пятницу вечером лица на соседние столики расступаются для более взрослого развлечения. Многие из них — мальчики с папиными кошельками, но мне нужно что-то посерьезнее. Столы переполнены взрослыми, готовыми насолить отцу в ближайшие дни.
Прикусывает нижнюю губы, стону ему в рот, трусь бедрами об его бедра, с ликованием про себя отмечая, что член реагирует на мои движения.
Не знаю, как в фильмах актерам удается так красиво раздеваться, торопливо и без вырывания пуговиц расстегивать рубашку на партнере. У меня этого не получается, пуговицы рвутся с корнем, губы в плену других губ, а тело льнет к теплым рукам. Это чистой воды безумие, потому что разум молчит, только дикое необузданное желание обладать им, трогать его, скользить ладонями по его плечам.
Опрокидывает меня на кровать, нависая надо мной, склоняется и целует уголок губ, подбородок, присасывается к шее, ставит засос. Клеймит меня, оказывается не такие мы и примерные, как хотим казаться. Осуществляю свою первую фантазию, обхватываю ногами его за талию и медленно царапаю ногтями его спину. Шипит, целует выпирающие косточки, скользя языком вниз, к грудям.
Какой-то дебил начинает названивать мне на телефон. Что? Я не сразу понимаю, что мелодия именно от моего айфона.
— Да, — голос ровный, и хрен собеседник догадается, что лежит на кровати, глазами рассматривая мои возбужденные соски. — Тебе прям сейчас нужны эти документ? Я сейчас не возле компьютера. Перезвоню минут через десять, — нажимает отбой, перекатывается с меня. Мы вдвоем лежим на кровати, смотрим в молчании на потолок.
— Нам нужно трахнуться, — выдаю, рядом вздыхают, приподнимается, застегивая рубашку.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Ты ж хочешь меня, а я тебя, все по обоюдному согласию. Ты ведь об этом подумал, когда врывался в мою комнату? — приподнимаюсь на локтях, Давид встает с кровати, подбирает мою футболку, кидает ее на меня.
— Прикройся.
— А то что? — дерзко спрашиваю, но футболку натягиваю на голое тело.
— Ты действительно хочешь, чтобы мы занялись сексом?
— На постоянной основе.
— Сумасшедшая девчонка! — запускает обе руки в волосы, обхватывает себя за шею, смотрит невидящим взглядом в окно.
— Так что ты подумал?
— А? — моргает, хмурится, — Мне не нравится, когда ты кого-то обнимаешь. Это выглядит так, словно я не возражаю против ветвистых рог. Мне этого не надо.
— Я тебе не собиралась изменять!
— Ты его целовала!
— Ты ревнуешь что ли? — вскакиваю на ноги, упираю ладони в бока.
