А когда главарь сказал своему подручному, чтобы тот разобрался с мальчишкой, ни на секунду не усомнился, что это именно Александр с ними всеми разберётся.
— И всё случилось по слову его. — Произнёс он поглаживая кончиками пальцев почерневший переплёт книги.
— Ты что-то сказал? — Жена, ещё не пришедшая в себя после нападения и всего что случилось после, разбирала беспорядок, учинённый бандитами, благо что те, ничего и не успели.
Постепенно в школе привыкли к школьнику которого после учёбы забирала машина с горкомовскими номерами, и не особенно приставали, но и Александр плохо сходился с детьми. Ему были просто непонятны их проблемы, как и вообще их мир игрушек, первых отношений и узнавания мира. Но помимо своей воли Сашка стал чем-то вроде третейского судьи в спорах мальчишек между собой, и в конфликтах между школьниками и учителями. И порой именно взрослым дядям и тётям приходилось объяснять, что нельзя поступать с маленькими человеками по-скотски.
Совершенно неожиданно учеников десятого класса вывезли пострелять. Называлось это почему-то «норматив АК 1», хотя вместо трёх пробных и десяти зачётных дали по три патрона, на чём и успокоились.
Александр спокойно положил три пули в девятки, чтобы не дразнить гусей, и удостоился укоризненного взгляда от военрука Закира Шарифуллина, на что Сашка принял вид такого природного дебила, что тот только махнул рукой.
Михаил Леонтьевич Миль, глава КБ — 3 Московского вертолётного завода, где кроме него работали, Братухин и Камов, уже который раз доставал из сейфа рисунок выполненный на листе блокнота для этюдов. Вертолёт изображённый на листке был воздушным хищником, что прорывалось буквально во всём. Обводах фюзеляжа, пушкой в носу, и длинными плоскостями на которых были размещены блоки НУРС.
Только в этом эскизе было столько идей, что при взгляде на него, Михаил Леонтьевич исписывал уже второй лист, и всё равно продолжал вглядываться в рисунок.
Сотрудники первого отдела, принесли относительно подробное досье на автора — пятнадцатилетнего подростка, который правда уже успел проявить себя на зависть многим взрослым. Орден Красного Знамени, был тому весомым подтверждением. Были и другие рисунки. Портфели, детские ранцы, удивительно гармоничный мотороллер, одежда, и куча набросков, явно скопированных из рабочего блокнота. Карикатуры, шуточные плакаты, вроде «Каждому гражданину по шапке!» «Мыло три богатыря!» и эскизы… Чайники, похожие на космические аппараты, пылесосы, ручные дрели, и совсем непонятные вещи.
