— Самое короткое совещание в моей жизни. — Он негромко хохотнул. — Ты их конечно озадачил. Не привыкли они к такому разговору. Все же у себя там цари и боги. А тут ты такой красивый гнёшь их через колено. — Он покачал головой. — Но ты, не бойся. Мы тебя в обиду не дадим. Пример со швейными фабриками и с вертолётным заводом ну уж очень показательный. Фёдор Сергеевич Аристов-то за это дело уже и дырочку под орденок крутит. Невелик орденок, «Знак почёта», но и не юбилейная медалька. А с Борисом Александровичем ты зря поссорился. Человек он дельный. С самых низов начинал.
— Зря? — Александр рассмеялся. — Да за те слова, что он мне там сказал, морду обычно бьют. Я и щегол недоношенный, и пионер херов, и щенок подзаборный. Знаете, Виктор Ависович, мне ведь от него особо и не нужно было ничего. Ну может чуть-чуть уважения. Да хоть просто как к человеку… Не буду я с ним больше разговаривать. Воевать не стану, но и разговаривать не буду.
— Что-ж. И такое случается. — Саркисян кивнули бросил взгляд на часы. — Тебя подвезти?
— Да, наверное. — Александр отпустивший свою машину, кивнул.
Придя домой, Саркисян кинул ключи от кабинета и квартиры на стол, и потянулся к телефону.
— Борис Александрович? Саркисян беспокоит. — Да спасибо. Я по нашему вопросу. В общем Александр Леонидович, мне рассказал, что вы ему там сказали при встрече… Да-да. Конечно салага и щегол. От меня-то вы что хотите? Чтобы я обратился к салаге и щеглу, с просьбой помочь вам? С требованием? А вы ничего не перепутали? Ну я не знаю, может время может место. Он не ваш крепостной и даже не мой. Он советский школьник и может нас всех послать куда подальше. Пока его сверстники обжимаются по углам, делают первые сигаретные затяжки, и знакомятся с отечественным винпромом, этот парень работает на всю страну. Что? По комсомольской линии? Дурак ты, Борис Александрович. С боевым магистром и орденоносцем даже обком ВЛКСМ связываться не будет. Всё. Не звони мне.
Дела наконец вошли в более или менее ритмичную колею, и Александр решил разобраться со своим даром. Есть он или нет, а если есть, то в каком виде. Потому что поглощение огненного шара, обычным делом никак не назвать. Да и то, что выплеснулся этот шар в момент гибели энергетика, тоже что-то да значило.
И единственным человеком который мог ему помочь была конечно же бабушка.
Став директором школы, она начала приходить пораньше, и бывало так, что засиживалась за чаем с домработницей, которая готовила и держала в порядке их немаленькую квартиру.
