Вот и в этот вечер, проводив Веру Николаевну до дверей, закрыла замок, и заглянула в комнату Александра.
— Ба. — Сашка, листавший альбом работ Веры Мухиной вскочил. — Дело есть.
— Ну, давай твоё дело. — Она с улыбкой присела в кресло.
— Ба. У меня похоже источник снова проснулся. Я ничего не делал, боялся сорвать, но вот.
— То, что не делал, это молодец. — Заря Фаттыховна кивнула. — Мудрый поступок. А проверим просто. — Она легко встала из глубокого кресла, вышла и через минуту вернулась неся в руках небольшую шкатулку.
— Полевой определитель «Взгляд» Новгородской артели «Силач» — Она достала маленький шарик на тонкой нити. — Редкая вещь, в наше время. Цельный кусок церита. — Бабушка отставила шкатулку в сторону, взяла определитель за нитку, и поднесла ладонь снизу. Нитка сразу просела, а шарик воспарил над рукой. — У меня расстояние между ладонью и церитом десять сантиметров. Магистерский уровень. — Она чуть смутилась — Ну чуть ниже конечно. Теперь давай ты. Берись за нитку, и медленно подноси раскрытую ладонь снизу.
Шарик сначала подскочил, словно подброшенный пружиной, затем чуть опустился, и словно раздумывая, полез вверх, пока не остановился в десяти сантиметрах от руки, подрагивая.
— Теперь левой рукой. Ага. Она забрала шарик и взявшись за нитку поводила шариком вдоль рук и от лба к животу. — Очень странный источник. Словно он существует во всём теле. Но нестабильный. — Констатировала бабушка. — Хотя поток хороший. Теперь нужно пару раз в день медитировать и обязательно качать рамку. И никаких конструктов. Ещё раз спалишь источник и это уже навсегда.
Качанием рамки называлась тренировка дара, когда энергетик двигал медной квадратной рамкой десять на десять сантиметров на поворотном основании. Смысл был в том, что рамка находилась на максимально возможном удалении от человека, поэтому ни для ученика, ни для магистра упражнение не было лёгким.
В марте, достаточно неожиданно для всех сняли директора моторостроительного назначив на его место технократа и прекрасного инженера Петра Акимовича Витера. С Петром Акимовичем Александр поладил не то, чтобы быстро, а практически мгновенно увидев в нём родственную душу.
За предложенный ему проект лодки и лодочного мотора, директор взялся что называется «с огоньком». Идея была в том, чтобы делать катер не из металла, как клепал свои катера авиационный завод, а из стеклонаполненной эпоксидной смолы, которая через трубу должна была подаваться в клеевую вакуумную форму. Лодка получалась из трёх частей.
