Весна вступает в свои права, и Антон решает провести время на свежем воздухе с любимой. Горячий Май подходит для романтичных прогулок по набережной, где каждый луч солнца кажется еще ярче, а шум волн делает сердце биться в груди уже не только от радости, но и от чего-то более глубокого....
Обсудим вопрос, касающийся загородного дома. У меня есть отличное предложение.
— Времени зря не теряешь? — спросил отец.
— Да. Так что насчёт обсуждения?
Отец сжал челюсти, раздумывая над словами Мая.
— Хорошо. Пойдём ко мне в кабинет.
Глава 61
Отец долго разговаривал с Маем. Я уже начала переживать, что разговор повернул не в то русло и что-то пошло не так, но Май всё-таки вышел от отца. Я встретила его во дворе дома и порывисто обняла, не удержавшись. В окне мелькнул силуэт отца. Я плюнула на его внимание к нашей паре и потянула Мая за собой.
Во дворе дома стояла небольшая крытая беседка. Май сел сам и усадил меня к себе на колени. Я со вздохом облегчения прижалась к его губам, чувствуя, как внутри начинает бушевать ураган. Я целовала его рот и не могла насытиться поцелуями. Было непонятно, когда заканчивается один поцелуй и начинается другой. Кажется, у меня даже припухли губы.
— Ты сведёшь меня с ума! И мне придётся прямо сейчас потерять все наработанные очки репутации, — голос Мая немного сел, светлые глаза потемнели.
— Ещё один раз. Я по тебе скучала, — попросила я, нежно поцеловав Мая.
Тот застонал, крепко стиснув меня в объятиях.
— Так сладко, что у меня сейчас сердце разорвётся. Ника-а-а-а…
Я села рядом, стараясь унять бурю эмоций, но не могла. Меня как будто качало на волнах, я чувствовала, что то улыбаюсь, то едва сдерживаю слёзы.
— Ты такой необыкновенный, Май. Мой папа, наверное, до сих пор не может прийти в себя. Ты так нагло блефовал. Мы же с тобой оба знаем, что те фотографии — правдивы, — сказала я, чувствуя, что мы должны поставить точку.
— Правдивы, конечно, Ника. Но это касается только нас. И больше никого, ясно? Это вопрос наших с тобой отношений. А все остальные пусть подавятся своими моральными нравоучениями и пройдут на хуй в ряд по трое.
Я улыбнулась: Май говорил дерзко и бескомпромиссно, уничтожая малейшие недомолвки и подминая под себя.
— И это не имеет никакого значения, Ника."
"Моё сердце пропустило удар. Я думала, что наше прошлое будет маячить между нами тенью, боялась сомнений, но Май опять удивил меня.
— В начале я хотел тебя, просто как сексуальную девушку, но влюбился без памяти и хотел, чтобы ты стала только моей. И мне плевать, каким путём мы пришли к тому, что есть сейчас. Ты — моя, со мной. Это важнее всего.
— Ты… — я даже не могла подобрать слов, чтобы выразить все свои чувства. Я разом забыла все слова и растеряла дар красноречия, просто сказав ему от всего сердца:
— Люблю тебя, Май.
