Стоя у ресторана, рядом с такими же выпускниками и выпускницами, как Карима, под аккомпанемент смеха, доносившейся из дверей музыки и бодрого голоса ведущего вечера, они остались наедине."
"Вечер стоял тёплый, немного душный, от Волги веяло неясной, едва различимой прохладой. Карима почувствовала предательский холодок по спине, а следом уверенную мужскую руку на своей руке, плавно ведущую от локтя до косточки на запястье, скользнувшую на талию, подчёркнутую широким атласным поясом. Карима всегда была худенькой, за последний год похудела на три килограмма, никогда не обращала на это внимание, а сейчас была рада, что ладонь Равиля может обхватить почти половину пояса. Волшебное, волнующее чувство.
Они гуляли до ночи. Набережная подсвечивалась фонарями, отражающимися в тёмной Волге. Улицы светились вывесками и рекламой, где-то играла музыка, навстречу шли выпускники, большинство уже навеселе. Пробегали парни – вчерашние школьники, – в распахнутых, мешающих им пиджаках. Громко смеялись девушки, кто-то из них шлёпал босиком, устав от высоких каблуков, самые продуманные, успевшие заскочить домой, шли в джинсах и кедах.
У Каримы немного устали ноги, но она ни за что не сменила бы пышное платье и лодочки на шпильке, с открытым мыском, на удобные кроссовки. Сегодня, сейчас, удивительный, только её вечер. Вечер, когда она впервые осталась наедине с Равилем, несмотря на то, что сотни раз за свою жизнь и столько же за последний год видела его – впервые по-настоящему наедине.
Они всё гуляли и гуляли, на город опустилась ночь, звёзды стали яркими, как никогда в жизни. Ночная иллюминация не могла заглушить свет мерцающих планет, погода становилась теплее и теплее. Начало робко светать, принеся утреннюю прохладу, и Карима увидела оглушающий красный, переходящий в ярко-оранжевый рассвет.
Первый рассвет новый жизни встретил с ней Равиль Юнусов.
Карима бы заплакала, но удивительное дело, рядом с Равилем ей вовсе не хотелось плакать, и апатия не накатывала удушливой волной. Она чувствовала себя счастливой, не как в детстве, когда папа подкидывал высоко-высоко, до самого неба, по-другому счастливой, и странным образом уверенной в себе, в людях, в мире. В Равиле.
Глава 39
Карима. Прошлое. Поволжье
Всё хорошее заканчивается, закончилась и волшебная ночь после выпускного вечера. Карима опасалась, что папа отпустил только на вечер, а Равиль привёз её утром, но никто девушку не журил, наоборот, дали отоспаться до обеда.
А позже папа помог Кариме отправить результаты единого государственного экзамена в несколько выбранных вузов, и она начала ждать итогов. Сколько бы папа ни уверял, что с такими баллами её примут куда угодно, Карима не переставала нервничать.
Вот она – точка невозврата.