Движения, в какой-то момент ставшие хаотичными, усмирялись и успокаивали Кариму, обещая ей так много, что сердце девушки не могло справиться, принять за один раз. Или она всё выдумала себе? И это буйство гормонов?
Нет. Ничего она не выдумала. Юнусов Равиль – её мужчина. Сейчас и навсегда.
Равиль встал, выровнял дыхание, провёл ладонью по волосам, оправил одежду и вышел, плотно закрывая за собой дверь. Карима смотрела в потолок и не могла перестать улыбаться, сиять, дышать полными лёгкими, чувствуя запах ночной фиалки из приоткрытого окна.
На самом деле всё просто. Нет никакой паники, апатии, ей не нужно пить валерьянку, как сказал глупый доктор. Единственный, кто ей необходим – Юнусов Равиль. Просто и правильно.
Она вскочила, включила свет, привела себя в порядок, насколько возможно. Надела платье, не слишком нарядное, всё-таки болеет, но и не домашнее, заплела косы, накрасилась – совсем немного, чтобы не бросалось в глаза, но чтобы чувствовать себя уверенней, – и пошла вниз.
Мама, как и всегда, топталась на кухне, ей помогала Алсу, рядом Динар пытался читать книжку для малышей. Маленький хитрец обманывал, рассказывая сказку наизусть, думая, что мама не понимает.
– Лучше тебе? – мама приподняла бровь, разглядывая Кариму, та невольно покраснела и, бубня, что всё хорошо, поспешила скрыться в коридоре.
Отец вышел из кабинета, дверь осталась приоткрыта. Карима увидела Равиля, сидящего на стуле напротив рабочего стола, с айпадом в руках, сосредоточенно смотрящего на какой-то график.
Вошла без стука, молча села напротив мужчины, под такое же молчание с его стороны. Всё-таки он красивый и вовсе не пугающий. Строгий, да. А каким ещё должен быть её мужчина? Балагуром, как глупец Горшков, или тихоней, как Валька Семёнов? Для чего ей шут или тюфяк? Кариме Файзулиной нужен мужчина, её мужчина, и речь вовсе не о «супружеских обязанностях», а об уверенности в завтрашнем дне, послезавтрашнем, всей дальнейшей жизни.
– Мы переедем отсюда? – спросила она у Юнусова, изо всех сил стараясь не краснеть. Не получилось. Ну и что! Она просто бледная и сосуды близко, Равиль знает.
– Примерно через год, может, раньше, – о том, что Равиль в скором времени возглавит новый филиал строительной компании Файзулина-старшего стало известно ещё в начале года.
– Я хочу дом с абсидами, – озвучила она махр*. Карима понимала, Равиль, занимающийся строительством, прекрасно знает, что такое абсида, экседра или аркатура.
– Ладно, – Равиль спокойно кивнул, словно она просила не построить ей дом, а сводить в Макдональдс.
– Светло-зелёный, – добавила она, прямо смотря на Равиля.
Он кивнул, сдержанно, молча. Карима видела – его глаза улыбаются. Там черти пляшут, танцуют шома бас и играют на курае.
Как уехал Равиль, она не видела, поднялась к себе.