Не оставила лишнюю пару трусов! И кольнуло ее оттого, что стало стыдно, неловко и неудобно. И ревность тут ни при чем! Только получается, что Виктор без жены обходился! Совершенно запросто обходился – вот в чем, собственно, дело.
Да! И еще кое-что. Муж снова не задал ни одного вопроса. Ни слова, как у нее да что. Нет, конечно, обижаться грех – она давно к этому привыкла. От ее дел он всегда подчеркнуто отстранялся, всегда. Но почему же именно сейчас так стало обидно? Почему она все не может привыкнуть? Ведь все понимает, а клинит опять.
Ну а потом Леля начала собираться – дела, увы, не ждали.
Перед уходом глянула билеты – туда и обратно. Туда – один, обратно – два. Ей и мужу. Вечером надо будет хоть эту тему закрыть. И еще – позвонить Галочке. Свинья она, Леля, неблагодарная. Крутит чего-то в больной голове, а там практически чужой человек вытаскивает ее мужа. Кладет на него здоровье и жизнь, войдя в ее «тяжелое положение».
Дед Семен учил: главный и самый отвратительный недостаток у человека – черная неблагодарность. И вот сейчас она попала в число презираемых дедом людей.
Первые полдня все было неплохо – по крайней мере, так казалось. А вот часам к пяти поняла – тот, кто обещал помощь, крутит. В смысле – врет. Ничего у него не получается, судя по всему, а озвучить это не может. Не хватает силенок. Или ей так стало со страху казаться?
Закрылась в кабинете и стала думать. Сопоставлять. И все поняла окончательно – нет, не помогут! Скорее всего, не смогли. Подвели. Да нет, ничего особенного – так часто бывало. Ко всему, надо сказать, она давно привыкла, как ей казалось. Сколько раз подводили, не сдерживали данных слов и обещаний, сколько раз просто банально обманывали, ничтожно врали, подставляли. И даже кидали. А сейчас что на выходе? Да кошмар, вот что! Ничего не связывалось, не складывалось, не выходило. Вот что на выходе! И это означало только одно – у нее, Лели, Ларисы Александровны, очень большие потери и огромные неприятности! И вся ее «сладкая жизнь» и сладкая фабрика по-прежнему под угрозой.
А ведь Виктор прав: бизнес в России – это, знаете ли, не для слабонервных! Слабонервной она не была – это точно. И приняла правила игры – раз и навсегда. Приняла скрепя сердце, отвергая душой – но понимая умом: Расея-матушка! Здесь все именно так, и никак не иначе. И что остается? Или – вали, или мучайся дальше в родных пенатах. Валить не хотелось. Россию она любила. Можно было и по-другому, например, работать на «дядю». Она бы и здесь – наверняка! – быстро сделала приличную карьеру и зарабатывала хорошие деньги. На жизнь бы точно хватало. Но! Она-то всегда стремилась к другому – если и не к большим деньгам, то к самостоятельности, росту, своему делу, где она полноправная хозяйка.