Автор
Алиса с нетерпением ждала новости о судьбе друга Никиты, пока Игнат не позвонил ей с радостной вестью — Никита был освобожден уже сегодня утром. А теперь перед Алисой стояло решение: будет ли она рассказывать об этом друзьям или оставаться молчункой по просьбе самого Никиты?...
Уверена, Никита там! Наверняка хотел сделать мне сюрприз, поэтому ничего не сказал. Только бы не разминуться!
Выскакиваю из такси, перед домом машина Ника. Значит, он тут!
Сердце разгоняется в бешеном ритме от предвкушения встречи. Господи, как я скучала! Залетаю в дом наших родителей.
Торможу. Не поняла.
В гостиной на столике шампанское и два бокала. На одном из них отчётливый след помады…
Это ещё что такое?
Поднимаюсь на второй этаж, распахиваю дверь его спальни…
Застываю. Смотрю на омерзительное сплетение тел.
Всхлипываю жалобно. Ник поднимает голову, мы встречаемся взглядами. Мой поражённый, и его горящий, наглый, пьяный.
– О, малая, привет! – и не думает стесняться, оправдываться. – Присоединяйся! Лика не против, да?
– Алиса, отвернись, если не нравится, – смеётся подруга.
Они продолжают, а я срываюсь и бегу в ближайшую ванную комнату.
В голове одна мысль.
Ник, как ты мог? Как ты мог? Как? Ты же убил нас.
Дышу, как загнанная собака, рваные рыдания рвутся наружу.
За спиной шаги. Напрягаюсь, закрываю лицо полотенцем.
– Ну и что за драма? – слышу его насмешливый голос. – Ревёшь, что не удались ваши ублюдские планы с мамашей?
О чём он? Зачем? Какие планы?
– Правильно рыдаешь, – добивает меня мой сводный брат.
Его циничный смех становится последней каплей. Он уходит, а я сижу на полу, раздавленная, униженная, никому не нужная.
Но внутри меня загорается злость!
– Ты пожалеешь ещё об этом, Никита Барский! Однажды ты об этом очень сильно пожалеешь!
Глава 2.
Из спальни продолжает доноситься смех Лики, приглушённые голоса, охи-ахи. Я зажмуриваюсь. Господи, может, я ещё сплю, а всё это ужасный, кошмар? А может, они решили меня разыграть?
Нет, для розыгрыша всё слишком натурально, и оставаться здесь я больше не могу.
С трудом поднимаюсь и на негнущихся ногах, иду к выходу. Голова кружится, меня ещё подташнивает.
