Автор
В Горькое ожидание ты окунешься в мир стремительного роста и жестоких реалий для молодого профессионала в мире кулинарии. С первого рабочего дня в ресторане "Samovar", одной из самых престижных заведений города, главный герой преодолевает не только профессиональные трудности, но и личные препятствия. Книга раскрывает драматическое противостояние между стремлением к успеху и теми ценами, которые приходится платить за него....
Только что должно измениться? Сказал бы уже открыто, чего хочет, но подозреваю, он и сам этого не знает. Просто у человека возникла стойкая неприязнь ко мне, может, на нервной почве?
— Излишнее проявление чувств мешает рабочему процессу — продолжил вещать ледяным тоном. Он ещё что-то говорил, но я слушала в пол уха, лишь глаза периодически закатывала. Выслушивать нотации, когда собираешься увольняться, ну такое. Поэтому возликовала, когда нам громогласно объявили об окончание ""выноса мозга"" и отпустили заниматься работой.
Правда, я немного в другом направлении отправилась: на поиски Зайцевой.
Управляющая крайне удачно оказалась на месте, и даже смогла выделить время для беседы. Только очень ей моё решение не понравилось.
— Катюш, ну ты чего? Тебе же так нужна эта работа — принялась она уговаривать.
— Да, Ольга Константиновна. Я и сейчас от своих слов не отказываюсь, но здесь у меня не получиться ничего."
"— Как? На тебя вроде никто не жаловался… Даже Даниэль, считай что хвалит — огорошила женщина.
— Это как это? — я вытаращила глаза. Мне и в голову не могло прийти, что шеф может положительно отзываться обо мне.
— Ну, я спросила, как моя подопечная работает. Он ни слова плохого не сказал. Промолчал в общем, но это можно считать за похвалу — она засмеялась. — Я же знаю Астрова: было бы к чему придраться, он бы этой возможности не упустил.
Аж полегчало, когда узнала, что никто меня в буквальном смысле не хвалил. Потому что в противном случае такие перемены в шефе могут быть предвестниками апокалипсиса.
— Нет, Ольга Константиновна, я настроена решительно — попыталась придать голосу больше твёрдости. Получилось не очень, но я старалась.
Управляющая посмотрела на меня с подозрением и прищурилась слегка.
— Тебя кто-то обидел — заключила.
— Ну что вы, — замахала руками, — разве похоже, что я дам себя в обиду?
— Ты хочешь, чтоб я поверила?
Зайцева принялась меня сканировать, и я хотела выдержать её прямой взгляд. Не смогла, отвернулась. И щёки румянцем залились.
— Признавайся, Астров или Белова? — начался допрос.
— С чего вы взяли?
Я всё ещё пытаюсь доказать обратное, но куда уж там. Ольга Константиновна сделала собственные выводы.
— Да с того, что больше некому. Послушай, я не призываю тебя жаловаться. Но если это Даниэль, то могу предложить выход.
То ли она заметила интерес, промелькнувший в моих глазах, то ли уже сама за меня всё решила. Не знаю, но женщина продолжила, не дожидаясь моего ответа.
