Автор
В глубокой тьме ночи она являлась ему — каждый месяц безотлагательно. Его дыхание замедляется под шорох своих пересохших губ и хриплый шепот: "Уходи, уходи!" За двадцать лет ночных визитов он не смог отделаться от первых встреч, когда жизнь рухнула — офицерское звание, власть, престиж исчезли. В год, который оказался худшим в его жизни....
Знаем только мы, посвященные, Белая Сила.
Уралец в очередной раз мысленно обматерил Любого: «Вот такая, значит, у тебя тут осознанность и идейная сплоченность. Мудозвон! Сам ты и есть микроб, расовое оружие!»
Вслух он спросил:
– Зять тоже посвященный?
– Не-е, Тосик не при делах. – Руслан шмыгнул носом. – Тошка его охмурила, крутит им как хочет.
– Как на него вышли?
– Так Тошка и вышла. Захарыч координаты дал, у Тошки знакомых куча, выяснила, с кем он тусуется, и вперед. Через него ключи от квартиры и телефон домашний-рабочий…
– Звонили зачем?
– В целях психологической обработки, ну, вы же в курсе…
– Да-да, Руслан, я в курсе.
– Звонили по очереди, молчали. Потом Захарыч велел текст озвучить. Толян на работу ей дозвонился, озвучил.
– Что за текст?
Руслан надул щеки и важно, будто отвечал у доски, продекламировал:
– «Ты, ведьма, жидовская сука, думаешь, выкрутилась, ускользнула? Не надейся, все еще впереди!»
Закипел чайник. Руслан выключил, убрал книги с табуретки. Мелькнули знакомые обложки: В.
Руслан сложил книги в стопку на полу, подвинул табуретку, поставил чашки, фаянсовый чайник."
"– Так все-таки, зачем зять-артист тут ошивается? – Генерал усмехнулся.
Руслан налил заварку в чашки, пожал плечами:
– Оперативная необходимость.
– В чем конкретно необходимость?
– Ну, Тошке надо где-то с ним трахаться, – он оскалил серые зубы в кривой похабной улыбке. – Тошка ваще неуемная, присказка у нее: мужиков и шмоток много не бывает. Когда в квартиру проникла, кофту там какую-то сперла, хвасталась: боевой трофей!
«Ох, Славка, Славка!» – вздохнул про себя Федор Иванович, а вслух спросил:
– Не боялась микробами заразиться?
– А, – Руслан махнул рукой, – ей все по приколу.
– Бумаги тоже Тошка взяла?
– Не-е, она в этом ни хера не понимает. Рекогностировку провела, ключи добыла. Бумаги сам Захарыч взял, недавно, перед Новым годом. Потом ночью сюда пришел, с Амилем. Собрал нас, показал сионистскую листовку, зачитал нам по-русски, Амилю – на арабский перевел. Листовка напечатана на машинке номера пятьдесят три. Захарыч сказал, наступает решающий этап борьбы. Час Икс. Мы должны быть готовы.
