В утренних суматохах одно привычное место остается неизменным: дочь Полька и ее непрекращающийся жизненный ритм. Но чем больше вы замечаете в жизни свою маленькую подругу, тем труднее становится держаться на расстоянии. Надоело мирно сидеть дома и ждать свадьбы через два месяца — вот что ужасно надоело ей. Квартира, машина — все кажется неуместным в этот момент. Как выход из этого тупика?...
До тошноты.
— И я?
— Ты пока нет.
— А Женя?"
"— Женя тоже надоел, но хуже всего то, что я сама себе надоела, понимаешь?
— Честно говоря, не очень.
— Твое счастье, — тяжело вздохнула я.
— Ты что, уже замуж не хочешь? — испуганно спросила Полька.
— Да я не знаю… Но наверное, не хочу!
— Ну знаешь, мам, в кои-то веки попался приличный мужик…
— Да мы его еще мало знаем. Все так быстро получилось…
— Вот и здорово! Выйдешь замуж, и тебя будут подстерегать сюрпризы на каждом шагу — не до скуки будет.
— Ишь ты какая умная! А мне удавиться охота.
— Мам, не вздумай! Мне еще рано быть сиротой.
— У тебя есть папочка.
— Фью! Где я, а где папочка! Да и нужна я ему триста лет… Мам, а ты возьми отпуск, съезди в Турцию, проветрись.
— Знала бы ты, как мне надоела Турция!
— Ну ты даешь! Турция ей надоела! Надо ж такое сморозить. Ну съезди в Египет.
— Не хочу. Отвяжись вообще от меня, ешь свой салат и не приставай!
Она, кажется, обиделась, во всяком случае, пожала плечами, надулась и стала с аппетитом есть салат с креветками.
— Мам, ты, может, влюбилась, а?
— Если бы!
— Ты что, в Женю совсем не влюблена?
— До сегодняшнего дня думала, что влюблена, а сейчас… Мне все надоело!
В этот момент у меня зазвонил мобильник. Номер почему-то не высветился, зато голос я узнала сразу. Это звонил мой двоюродный брат, Венька. Мы давно не общались. Он популярный артист и всегда занят по горло.
— Бусечка, привет!
— О, привет, пропащая душа!
— И не говори, ни на что нет времени, просто зарез.
— Большая совсем, вот сидит напротив. Мы с ней ужинаем в кабаке. Хочешь, подваливай!
— Сейчас не могу, но вот завтра… Буська, нам надо повидаться, очень!
— Что, опять любовные драмы?
— Это не драма, это почти трагедия, и помочь можешь только ты. У тебя когда обеденный перерыв?
— Если ничего экстренного не случится, то с половины второго до половины третьего.
— Давай я к тебе подскочу — и мы поговорим. Я ужасно соскучился.
— Я тоже, — вздохнула я. Все ясно как божий день.
