В утренних суматохах одно привычное место остается неизменным: дочь Полька и ее непрекращающийся жизненный ритм. Но чем больше вы замечаете в жизни свою маленькую подругу, тем труднее становится держаться на расстоянии. Надоело мирно сидеть дома и ждать свадьбы через два месяца — вот что ужасно надоело ей. Квартира, машина — все кажется неуместным в этот момент. Как выход из этого тупика?...
"Екатерина ВИЛЬМОНТ
ГОРМОН СЧАСТЬЯ И ПРОЧИЕ ГЛУПОСТИ
* * *
В один прекрасный день я вдруг поняла, что смертельно надоела сама себе. Надоели темные волосы, строгая прическа, голубые глаза, надоела родинка на щеке и ямочка на подбородке, надоело каждое утро тащиться на работу, видеть там всех, надоело держать мобильник всегда включенным, надоело одеваться как «деловая женщина» и вообще надоело все, кроме Польки. Полька — это моя дочь. А еще мне уже заранее надоела предстоящая через два месяца свадьба… Моя собственная.
Но тем не менее я собрала волосы в привычный пучок, надела один из деловых костюмов, туфли на каблуках. Хорошо еще, сейчас не лето, когда в жарищу приходится надевать колготки. В нашем департаменте нельзя появляться с голыми ногами, и в брюках тоже нельзя. Однажды я решила схитрить и надела вместо колготок чулки на резинках. Чулки были чудо как хороши, но это кончилось плачевно. Во время важных переговоров, когда нас было только трое — шеф, иностранный партнер и я в качестве переводчицы, — я вдруг ощутила, что проклятый чулок сползает с ноги.
— Вам нехорошо, Бронислава? — спросил шеф с таким явным неудовольствием, что я предпочла сказать:
— Извините, Владимир Никитич, колготки поехали.
Он покраснел от злости, но я не растерялась:
— Вы когда взмахнули рукой с сигаретой…
— Что? — уже побагровел он.
— Искорка попала на ногу! Можно мне пойти переодеться?
— Разумеется, и поживее! — хмыкнул он, видимо моя храбрость ему понравилась.
Держа через юбку проклятый чулок, я похромала к себе в отдел.
— Брошка, что с тобой? — воскликнул мой коллега и приятель Вася.
