Дарина открывает глаза и увидев предсказуемое величие особняка, её дыхание становится ещё более тихим. Усадьба окружена высокими коваными решётками с вооружённой охраной на въезде – настоящей крепости среди деревьев и белого кирпича. Внутри ждут её темные коридоры, где начинается новая жизнь горничной для тирана....
Сдулась. Весь запал пропал. Испугалась своего же порыва.
– Неважно, прислуга ты или светская львица. Я общаюсь с тобой так, как считаю нужным, – салютую. бокалом, отпивая коньяка.
– Дарина! – из дома выходит вторая горничная, окрикивая девочку. Замечает меня и замолкает. Указываю ей глазами, чтобы скрылась, и девушка убегает.
Кукла нервно допивает игристое, а я снова наполняю ее бокал. Глазки уже блестящие, не такая скованная. Хорошо.
– Ладно, расскажи, почему ты хочешь уволиться, – поднимаюсь с места и прохожусь, разминая шею.
– Разве это не очевидно?
– Мне - нет. Ты столкнулась с трудностями и сразу бежишь. Это твой жизненный путь - бежать? Если бежать от трудностей, они тебя обязательно догонят, если идти им навстречу, они отступят. Жизнь, Дарина, она такова: не щадит слабых, всегда нужно бороться и рвать за свое.
– Я полагаю, что это хорошее кредо для мужчин, а женщина может быть слабой, – изрекает она, отпивая игристого. Уже смелее излагает свои мысли.
– Не могу не согласиться, Дарина.
– Нет.
– Нет. Поверь мне, все, что с тобой происходит, это пустяки. Это твой опыт. Стань сильнее, умнее, хитрее. Марка я приструню. Он знает: еще одна выходка, и его не будет в этом доме.
– Вы выгоните сына из-за прислуги? – распахивает глаза, такая наивная.
– Почему ты себя недооцениваешь? – ухмыляюсь. – Нет, Дарина, не из-за прислуги. Он тоже должен стать сильнее и набраться опыта.
– Зачем вы так откровенны со мной? – уже смело спрашивает она и сама тянет мне бокал, который я с ухмылкой наполняю. Девочка опустошила бутылку. Достаточно.
– Затем, что хочу взамен твое откровение.
– Какое? – растерянно хлопает ресницами. Ну невозможно так играть.
– Иди ко мне, – зову ее, отставляя бокал на стол.
– Зачем? – недоверчиво сводит брови.
– Иди, не бойся, – протягиваю ей руку. Девочка медлит, кусая губы, но все же вкладывает свою ладонь в мою.
А вот теперь можно и поиграть.
Поднимаю куклу рывком на ноги и резко, под ее вскрик, разворачиваю спиной к себе.
– Тихо, – сжимаю стройную талию, вжимая спиной в мою грудь. – Стой смирно, – понижаю голос. Кажется, куколка не дышит. – Дыши глубже, Дарина, – сам глубоко втягиваю запах ее волос.
