Дарина открывает глаза и увидев предсказуемое величие особняка, её дыхание становится ещё более тихим. Усадьба окружена высокими коваными решётками с вооружённой охраной на въезде – настоящей крепости среди деревьев и белого кирпича. Внутри ждут её темные коридоры, где начинается новая жизнь горничной для тирана....
– Разрешаю стонать, кричать, царапать столешницу и получать удовольствие. Запрещаю сопротивляться и отказывать мне.
Девочка замирает, а я снова наклоняюсь, целуясь с ее нижними губами.
Кукла стонет, а по моему телу несется обжигающая волна. Раскрываю языком складочки, облизываю, посасываю клитор. Сильно, не отпуская. Ноги Дарины дрожат, тело прогибается, И это нереально хорошо. Это уже секс, можно кончить только от ее вкуса и бьющегося тела. Отпускаю сладкую вершинку, кружу по ней языком, уже нежно целуясь.
Так быстро?
Очень чувствительная.
Нереальная.
Дрожит, пытаясь отползти, упираясь ногами в мои плечи, когда я продолжаю вылизывать ее, чувствуя языком, как сокращается в сладких судорогах.
Дёргаю ремень, расстегиваю ширинку, привстаю, стягивая брюки вниз. Резко поднимаю совершенно невменяемую девочку и сажаю на себя сверху.
Ее пьяные глаза смотрят на меня сквозь дымку удовольствия, её искусанные малиновые губы приоткрываются, выдыхая мне в лицо, а по.
Приподнимаю Дарину, вынуждая упереться коленями в кресло. Втыкаюсь головкой в ее горячее, мокрое лоно и глотаю ругательства. Она такая маленькая, что боюсь разорвать.
Девочка приходит в себя и испуганно всхлипывает, зажмуриваясь, хватаясь за мои плечи.
Нет, так не пойдёт.
Не надо приходить в себя.
Впечатываюсь в её губы. Вспоминая, как нужно целовать, глотаю ее вздохи, прикусываю пухлые губы, одновременно обхватываю талию и резко дёргаю вниз, натягивая на себя.
Бл*ты!
Это слишком резко для нее, слишком глубоко, грубо - в общем слишком... А для меня мало, ничтожно мало. Я совсем разучился делать это аккуратно, пытаясь тормозить свои животные порывы.
Девочка не кричит, не плачет и даже не пытается вырваться, только впивается ноготками в мои плечи и часто дышит, глотая воздух.
– Все. Все уже произошло, – шепчу ей в губы, зарываясь в шелковые волосы, – Ты моя теперь. Моя, слышишь?
Девочка кивает, прикрывая глаза, стискивая меня изнутри.
Черт! Не могу двигаться. Она такая тесная, что...
Сам хрипло выдыхаю, поглаживая ее бедра, спину, лаская губами шею.
