Дарина открывает глаза и увидев предсказуемое величие особняка, её дыхание становится ещё более тихим. Усадьба окружена высокими коваными решётками с вооружённой охраной на въезде – настоящей крепости среди деревьев и белого кирпича. Внутри ждут её темные коридоры, где начинается новая жизнь горничной для тирана....
– Расслабься, впусти меня, – уговариваю на ушко.
Твою мать!
Как же это невыносимо. Разрывает от эмоций. Очень-очень давно так эмоционально не выкладывался.
Обхватываю ее дрожащие бедра, немного приподнимаю и делаю несколько плавных толчков снизу. Ловлю нервные вскрики губами и двигаюсь быстрее, набирая темп.
Ну невозможно остановиться.
Я перешагнул грань дозволенного, и остановиться уже нереально. Я сам на грани болезненного оргазма, который обжигающей волной несется по моему телу, преодолевая точку невозврата.
В самом пике я всё-таки нахожу в себе силы остановиться, приподнять куколку, выйти из нее и с хриплым рыком залить спермой ее живот.
Надо что-то делать с предохранением. Я уже пробовал ее без резинки и по-другому не хочу.
У меня тоже все произошло слишком быстро. Никогда такого не было, мне нужно было много времени и извращений, чтобы кончить. Я давно разбалован в сексе, пресыщен. А с ней все иначе. Все, что сейчас произошло, вообще ни имеет ничего общего с привычным форматом секса для меня.
Дарина отпускает глаза вниз и шокировано смотрит на сперму с примесью крови на своём животе. А меня снова взрывает от новой волны возбуждения. Хочется размазать по ней свое семя, испачкать собой, нашептать чего-то очень пошлого и грязного, развернуть к себе спиной, вдавить в стол и трахать снова и снова. Теперь я знаю, как это хорошо, и мне мало, хочу еще, много хочу, на всю ночь. Но...
Девочке уже очень много. Ей нужен перерыв.
Словно под кайфом, перебираю ее волосы, притягиваю к себе, укладывая голову на плечо и рисую пальцами узоры по ее спине.
– Я сорвался, прости, – хриплю в ее волосы. – Больно?
– Нет, – тихо отвечает она. Аккуратно оттягиваю ее волосы, вынуждая поднять голову и заглянуть в глаза, чтобы распознать ложь. Но нет, ее чистые глаза не лгут.
– Правда?
– Ну... – закусывает губы. – Можно я не буду говорить? – смущённо улыбается, снова пряча лицо на моей шее.
– Нет, расскажи. Будь добра, подбери слова, я должен понимать.
– Было больно, конечно, но только вначале, потом... – снова замолкает.
– Потом?
– Я не знаю, как объяснить... – хнычет, как капризный ребенок."
"– Дарина, если ты сейчас не подберешь слова, я воткну его в тебя еще раз, чтобы ты точно смогла сформулировать! – усмехаюсь.
– Саднит и щиплет немного! – быстро признается она.
– Пойдём в душ, это надо исправить.
– Как мы пойдём? Там же... – стыдливо оглядывается на дверь.
