Замки и мрачные коридоры гигантского замка переполняют ароматом древесины и старой парфюмерии. Горничная Диана чувствует запах соблазнительной викторианской элегантности, которым окутан хозяин замка. Кажется, каждый камень затачивается в сексуальном угаре, пока она осторожно отступает от его приглашающих ласк, не желая нарушить неписанные правила чистоплотности монастырского образа жизни....
- Выпей, Ди, это тебя согреет.
Предвосхищая его попытку обхватить меня за талию, я отступила и опрокинула в горло содержимое бокала.
Горло опалило пламенем, из глаз брызнули слёзы, я закашлялась, беспомощно размахивая руками и мотая головой. Следом показалось, что мягко и даже приятно как-то ударили по макушке, притупляя восприятие. Длилось странное, непривычное и, пожалуй, что неприятное состояние недолго - хвала моей регенерации.
Пришла в себя я довольно скоро.
Прижатой к груди Эйнара Сварта.
Смотрел лорд так, что колени сами собой слабли и отказывались перемещать хозяйку куда-либо, где нет таких притягательных до безумия зеленоглазых .
Наверное, что-то такое заметил на моём лице «притягательный до безумия», потому что в следующий миг он меня поцеловал.
Мысли испуганной стайкой разноцветных бабочек покинули голову.
Целовал лорд долго и жадно. Отвечая на поцелуи с неменьшей жадностью, я и не заметила, как он под бёдра меня ухватил, подсаживая на стол... хотя кому я вру.
- Диана. милая. дорогая. любимая. что же ты со мной делаешь. что же делаешь, -горячо шептал Эйнар, покрывая поцелуями шею и от ноток его хриплого голоса глубоко внутри, одна за другой, били крохотные молнии.
Голова кружилась, тело таяло, разум с выдержкой, точнее их остатки позорно проигрывали бессовестному, постыдному влечению, желанию, которое захватывало меня с головой, когда зеленоглазый приближался. Я совершенно не понимала, что происходит и понимать совершенно не хотела.
Лишь когда лорд завёл запястья мне за голову, располагая их на стене и придерживая своей рукой, когда коленом развёл бёдра, располагаясь между разведённых ног, изнутри кольнуло: на этот раз далековато как-то мы зашли.
Стоило мне запротестовать, попытаться высвободиться, поцелуи лорда стали ещё горячее.
- Нет, - я отпихнула лорда, упираясь ладонями ему в грудь и меня тут же притянули к себе, целуя в губы.
Теперь я располагалась на самом краю стола, невольно обхватывая лорда бёдрами. Сорочка с одного бока задралась, обнажая колено.
