Замки и мрачные коридоры гигантского замка переполняют ароматом древесины и старой парфюмерии. Горничная Диана чувствует запах соблазнительной викторианской элегантности, которым окутан хозяин замка. Кажется, каждый камень затачивается в сексуальном угаре, пока она осторожно отступает от его приглашающих ласк, не желая нарушить неписанные правила чистоплотности монастырского образа жизни....
Стоило, успокоившись, вдохнуть полную грудь таинственной свежести, перемешанной с ароматом прелой листвы, сбросить постылую личину, отбросить назад растрепавшиеся за время моего забега волосы, подставив лицо ласковым поцелуям ветра, стоило наполнить слух далёким лягушачьим хором да стрёкотом цикад, как стало яснее ясного: источник, тот самый горячий источник, к которому всё недосуг было вырваться - вот то, что мне сейчас нужно!
Мой источник бьёт лазурно-голубой жилкой в самом сердце северного нагорья. Конечно, горячий источник мне не принадлежит, да и никому он не принадлежит, просто приятно звать его «мой», тем более что набрести на него невозможно, а найти во второй раз -можно разве что из чистого упрямства или, выражаясь по-научному, ма-зо-хиз-ма.
Чтобы попасть к самому маленькому и отдалённому, но, шерпы меня дери, самому уютному из всех окрестных горячих источников, нужно и в гору шагать, и спускаться, и попетлять немного по скалистому туннелю, даже на брюхе проползти под спускающимся чуть не к самым коленям своду.
Дальше идёт сплошь скала - территория Девяти Королевств здесь заканчивается, начинаются Самоцветные Горы - вотчина плечистых полуросликов-гномов да диких каменных троллей. Состоящие сплошняком из камней да валунов чудовища, как правило, не опасны, более того, тролли непроходимо глупы и их всегда можно обмануть. Кроме, разве что гона, или брачных игр, которые, к слову, у валунных великанов сейчас. К счастью для всего живущего, ради любовных приключений тролли спускаются в самые глубокие подземелья и сходятся там валунами так, что наверху, как правило, начинается сезон землетрясений.
"- Дождался меня, мой славный, мой уютный, какой же ты замечательный, - шептала я, срывающимся от волнения голосом, скользя взглядом по лазоревому бассейну с обкатанными водой каменными бортами, по мерцающей кристаллической сетке, окутывающей стены, наблюдая, как густые клубы пара отделяются от молочной лазури и стремятся ввысь, безошибочно прокладывая и выискивая себе дорогу средь извилистого лабиринта пещер.
Мой источник - совсем небольшой, толком даже не поплещешься. Вот только я видела истинным зрением, как соединяются в нём сразу три целебных ключа, делая тем самым небольшую ванну в скале поистине бесценной.
Приметила ревнивым глазом можжевеловый веник в углу, да венок из сушёных трав, украшенный пёрышками. Стало быть, не ошиблась Маланка, знает она этот источник. И права была - «старух» мы бы сюда не дотянули, хоть всем Куренем волоки.
