Я медленно приближалась к выходу из тесного автобуса, чувствуя непреодолимую дрожь в теле от давно забытых подростковых тревог. Эти воспоминания обновляли мою уверенность в себе и напоминали о том, что я не так уж и обыкновенная.
Болезнь стремительна, никакие лекарства на свете не гарантируют чудесного выздоровления… впрочем, я осознаю ваш долг и ни в коем случае не отговариваю вас от его исполнения…
Не успели лекари скрыться за дверью, как я тихо сказала:
- Твой брат прав, дорогой! Если у нас на самом деле есть шанс, то мы не можем им пренебрегать! Поверь мне, я крепче, чем кажусь. Да и рожать всего лишь через недельку-другую. Думаю, что мы тогда будем в большей безопасности, нежели здесь.
- Хорошо… - немного подумав, решился супруг.
Я только печально покачала головами – если я хорошо узнала этих ребят, то ничто, даже угроза заболеть, не заставит их сдвинуться с места. Так и вышло – отец только равнодушно пожал плечами, сказав, что лорд Олвуд не покинет свои земли, как шелудивый пёс.
В результате, следующим утром, ещё до рассвета, со двора медленно выехала крестьянская телега, которой правил наш старый солдат Линден, лежала я, заботливо устроенная на рогоже, постоянно шепчущая воззвания к Великому Ранни и Маркас, готовый защитить нас в случае опасности. Мы условились на том, что возле границ наших земель Линден с нами распрощается и отправится обратно, а мы пересечём Мёртвое ущелье и через перевалы по едва заметным тропкам попадём на территорию Дейтона.
- Маркас… - я помедлила, словно не решаясь, - я, наверное, никогда не говорила тебе, что я очень люблю тебя…
- Говорила, - мотнул головой супруг, - ну, или ты так думала, что равнозначно.
