Я медленно приближалась к выходу из тесного автобуса, чувствуя непреодолимую дрожь в теле от давно забытых подростковых тревог. Эти воспоминания обновляли мою уверенность в себе и напоминали о том, что я не так уж и обыкновенная.
Она искренне полагала, что свою обязательную роль, пусть и с неохотой, но выполнила – детей родила. А дальше? Ах, увольте от этого мещанства…
Маркас и теперь встречался с матерью урывками, случайно, когда отбывал сыновний долг с лордом Джерардом. Конечно же, отец всегда ровно относился к младшему сыну, дал ему хорошее образование и всегда заботился о нём, нанимая гувернёров и только лучших учителей. Но Маркас был вторым сыном. Не наследником земель и места в Палате Лордов. Так что вполне справедливо, что Энтони – гордость отца, с которым тот связывал столько надежд.
"Девушка пошевелилась во сне, зябко поведя плечами, и Маркас аккуратно подоткнул сползший плед, приобняв её и даря своё тепло.
Девушка что-то пробормотала во сне и повозилась, пристраиваясь на парне со всем возможным комфортом. Нога Маркаса отозвалась болью, он неловко, одной рукой придерживал девушку в своих объятиях, переживая о том, что она может проснуться и возмутиться неслыханной дерзостью Маркаса и его возмутительной наглостью по отношению к ней.
И как только она начнёт ворочаться в преддверии своего пробуждения, он тут же разожмёт объятия и отодвинется на расстояние, которое принято считать уместным во время общения с девушкой благородного происхождения.
Однако, усталость взяла своё, так что вскоре он тоже крепко заснул, даже в такой неудобной позе и с ногой, в которую периодически словно впивались сотни болючих мурашек.
***
Просыпалась я медленно, словно выплывала из мутного марева. Наверное, мне снилось что-то хорошее и моё подсознание отказывалось покидать это чудное место.
