Расскажи мне правду, мой любимый ящерр».
— Лин… Ты даже не представляешшь, насколько иначе видел ситуацию я…
— Объясни, — я погладила его щёку.
— Такой ответ не принимается.
— Другого пока нет, — он усмехнулся и поцеловал мою ладонь. — Тебе нужно поесть.
Я схватила с подноса ароматную булочку, пока Руанн наливал в чашку горячее молоко. Оказывается, я была ужасно, зверски голодна.
— Тебе нужно отдохнуть. Я приду позже, — он встал с постели с намерением покинуть комнату.
Я схватила его за руку.
— Что «уже»? — он усмехнулся.
— Уже отдохнула. Присядь ещё на минуту.
Руанн удивился, но присел на кровать. Я отложила поднос в сторону. В комнате мало воздуха.
— Понимаю, мы не идеальная пара, что бы ты там ни говорил. Ваше отношение к людям весьма показательно, и у тебя нет причин доверять мне… Но, — я наклонилась к нему, — если ты настроен на моё пребывание в твоей жизни — не скрывай от меня ничего.
— Почему ты решшила, что я от тебя что-то скрываю?
— Потому что ты судья, — я посмотрела ему прямо в глаза, — и потому что от плохих привычек сложно избавляться.
Длинный протяжный звук вырвался из его горла. Не рычание, но как похоже…
— Да, я много чего скрываю, — пауза. — Но все эти секреты касаются работы. К тебе они не имеют никакого отношшшения.
Переправа. Падение тонн воды на корабли. Дерзость, с которой железные глыбы принимают эту тяжесть. Хладнокровный капитан корабля.
— Лин, — Руанн взял меня за руку, — ты не о том беспокоишшься.
Он лёг рядом. Поцеловал. Его тело нависало над моим. Судья был не прочь остаться.
— Хорошо, Руанн, — я положила ладонь ему на грудь, — иди. Я хочу ещё немного поспать.
Мой судья усмехнулся и одним проворным движением поднялся. Завис над кроватью.
— Встречное предложение: не скрывай ничего от меня.
Наступила моя очередь саркастично хмыкать.
— Разве мне есть что скрывать?
Когда Руанн ушёл, я с головой спряталась под одеяло и попыталась отрешиться от всего. Но одна мысль никак не покидала: мне нужно научиться жить, понимая, что мой любимый ящерр прежде всего — великий судья Руанн.
И он меня обманывает.
Пар лип к глазам, заставляя их то и дело закрываться. Горячая вода превратила моё тело в облако. Дыхание рассеивалось в воздухе.
Ощущая полнейшую расслабленность, я отвлеклась от проблем. Всё теперь воспринималось по-другому. И обморок около Переправы, и разговор ящерров, и моё странное восприятие реальности. Даже жизнь на станции я видела по-другому, будто и не со мной это было.
Внезапно послышался скрип двери.
Он без слов подошёл к бассейну, сбросил халат и спустился по ступеням вниз. Несколько секунд ему понадобилось, чтобы подплыть ко мне. Я ни о чём не спрашивала — пожирала глазами его тело.
Шаг, ещё шаг — он рядом.