В Городах в поднебесье автор Лео Сухов проникает глубоко в сердце унылой повседневности обычных людей. Здесь каждый выглядит так, будто уже не может ничего изменить — как он сам когда-то пытался. Книга раскрывает душу обычного человека, его попытки найти хоть что-то хорошее в жизни и смириться с тем, что осталось после ухода....
Я ощущал себя скорее первоиспытателем какого-то аттракциона — опасного, но невероятно увлекательного. Всё-таки что-то было в том, чтобы болтаться над пропастью практически без страховки, осторожно сползая вниз…
Спускаясь мимо трещины, давшей приют мне и Нанне, я в который раз убедился, что неведомые абоненты пневматической «шариковой» связи явно знают больше, чем обычные жители. От построенного мной убежища осталась лишь обугленная пещера и сгоревшая балка. Огненный снаряд с торгового дирижабля засадили прямо в углубление в скале.
Мы прошли по территории частных складов и вышли к окраинам Старого Экори. Впрочем, окраины всё равно почти ничем не отличались от центра — не было какого-то плавного перехода. Вот с одной стороны стоят уродливые здания городских складов, и вдоль них идёт не слишком широкая улица, а прямо за ней возвышаются пяти-шестиэтажные дома, построенные впритык друг к другу.
Сдаётся мне, что если бы мы прошлись по частным владениям, то могли бы выгрести оттуда гораздо больше ценностей, чем получили бы в Торговой Палате. Увы, без возможности тихо и незаметно вырезать скамори — о таком даже мечтать не стоило… Количество выбитых стёкол и распахнутых дверей говорило о том, что почти везде можно нарваться на охочих до человека многоножек.
Шли мы так тихо, как только могли… Лишь один квартал отделял нас от храма. И, как назло, мы постоянно спотыкались об спрятавшиеся под снегом трупы людей, брошенные вещи, выбоины на дороге… Похоже, здесь на улице была настоящая бойня. Мы с Рубари то и дело менялись местами, по очереди отдыхая от продавливания глубокого снега. Вот — пожалуйста, заморозки, а город завалило до окон первого этажа… Сразу вспоминался анекдот про каннибалов-айтишников и уборщицу.
Время близилось к полудню, когда мы, наконец, добрались до Торговой Палаты — а точнее, до той самой заветной боковой дверцы. К счастью, сама дверь располагалась высоко над землёй. Крыльцо на восемь ступенек, крепкая крыша — всё это избавило нас от необходимости расчищать снег, чтобы её открыть.
