В Городах в поднебесье автор Лео Сухов проникает глубоко в сердце унылой повседневности обычных людей. Здесь каждый выглядит так, будто уже не может ничего изменить — как он сам когда-то пытался. Книга раскрывает душу обычного человека, его попытки найти хоть что-то хорошее в жизни и смириться с тем, что осталось после ухода....
И тут его потянуло наверх.
Да ещё так шустро… Это Нанна отправила противовес в полёт. Когда, опережая скамори всего на несколько метров, я кинул верёвку, то её длины хватило аккурат, чтобы мой напарник ухватился рукой за самый её хвост. Меня оторвало от земли и стремительно понесло вверх. Ногу дёрнуло — это один из скамори попытался цапнуть меня за сапог, но сорвался вниз, задев меня лишь по касательной.
Мы ползли вверх, а сверху — навстречу нам — ползла тяжеленная корзина с камнями. Мимо пронеслась первая трещина с чёрными следами, оставшимися после пожара.
— Б-р-гись!!! — заорал Рубари сквозь сжатые зубы, потому что держать меня ему было явно тяжело. — Пл-ёт!
И матка плюнула… Струя едкой жидкости рванула к скале, а мы уже перестали подниматься, так и не дотянув до второй трещины — закончился трос противовеса… Я, как заворожённый, смотрел на летящую в нас кислоту.
В этот день всё шло не так… Ещё до того, как полёт кислоты завершился, я достал ледоруб, примерился — и вбил его что есть силы в трещину в стене, одновременно отпуская верёвку. Ударившая струя всё равно спустя секунду её пережгла…
Рубари висел метрах в тридцати от меня.
Глава 21
В которой я понимаю, что не зря занимался альпинизмом, вспоминаю поговорку про первый блин комом, а потом мы все останавливаемся в шаге от спасения — и делаем этот шаг.
Я не сразу понял, что странный кашель — это смех. Хриплый смех задыхающегося победителя… И даже чёрные глаза матки скамори уже не казались мне воплощением самой смерти. Они казались тупыми буркалами проигравшей твари…"
"Однако у неё ещё был шанс на победу. Да, пройдёт какое-то время, прежде чем эта тварь снова наберёт кислоты — но я и не собирался ждать.
