В хрущевке начинается непредсказуемый штурм надежд и мечт— один выстрел за другой, а в воздухе ползет ожидание судьбы. В этой простой квартире сгорают желания и разыгрывается комедия жизни и смерти, где каждый шаг определяется громом и малым шансом.
Раздел Chitat.online для книги «Горсть патронов и немного везения» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
перейти к чтению Олег Игоревич Приходько Литрпг подборки книг книжные серии
Дальше жизнь со мной проделала такой фортель, что ты не поверишь. Я сама себе иногда не верю. Ночью лежу, не сплю, смотрю в потолок и все думаю, вспоминаю. Я будто прожила две жизни. Под разными фамилиями и личинами. Даже дух у всех женщин, за которых я прожила в свои двадцать четыре, и то разный. Перед Новым годом — тысяча девятьсот девяносто шестым — пришла к нам в кетч Домна Гаврилова. Бабец-разведенка, бездетная, здоровенная и шустрая. Где она так драться наблатыкалась, я не знаю, но победы над ней мне давались ох с каким потом! Она такая… как тебе сказать, не русская красавица, конечно, но кровь с молоком, пышная, в общем. Косу подвернет, в корсет затянется… Василиса был у нее псевдоним. Я — Маруся, она — Василиса. Хотя меня и зрители Рожей звали, шила-то в мешке не утаишь. Стал Любарский, жиденок хлипкий, грязный — с половиной наших девок переспал, платил в зависимости от своих симпатий, а кто с претензиями — тех выбрасывал, и дело с концом… стал он, значит, меня против этой Домны выставлять. Я ее била, себя не жалела. Раз, другой… Вот тут уже серьезно было, без поддавков. Насчет поддавков хозяин наш новый даже не заикался, знал, что ни она, ни я на эти условия не пойдем. Так вот, перед тем Новым годом, как сейчас помню, двадцать третьего декабря в спорткомплексе на проспекте Мира я впервые проиграла поединок. Изо всех сил старалась, всю игру им поломала, била во всю силу, гнула ее, но и она в раж вошла — не остановишь. Ох и поединок был! Толпа чуть с ума не сошла, на трибунах милиция дубинками работала… Проиграла я. Вчистую — на удушении попалась. Ножки у Домны были те еще! — взяла меня в «ножницы», как ломанула. Я не сдалась, конечно, пусть бы шею сломала, мне, знаешь, моя жизнь никогда дорога не была. Остановили бой. Объявили ее победу. По условиям вроде я должна была победить, но тут не до условий было — и она, и я схлестнулись. Принципиальный поединок. И так как я никогда не проигрывала раньше, перевернулось во мне что-то, злобой изошла, особенно из-за того, что девки радовались. Плясали, поздравляли ее от души, цветы дарили, а потом все с ней в кабак уехали, в «Рус-отсль». А обо мне забыли. Позвонила я Любарскому — шея, мол, болит, разрыв связок и прочее. У него перед Новым годом каждый день забит, а меня публика знала, так что замена нежелательна ему была. Уж он меня уговаривал, уж он победы обещал-планировал, и врачей лучших предлагал. Но три дня я отбила. И знаешь, на что? Купила время в тренажерном зале и давай качаться.
