Следователь сталкивается с неразрешимым противоречием между служебным долгом и личной жизнью. Любовь, амбиции и внезапное чувство к юной кухарке создают сложный клубок конфликтов, из которого герою предстоит найти выход, не потеряв ни честь, ни сердце.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Господин следователь. Книга четвертая»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Следователь сталкивается с неразрешимым противоречием между служебным долгом и личной жизнью. Любовь, амбиции и внезапное чувство к юной кухарке создают сложный клубок конфликтов, из которого герою предстоит найти выход, не потеряв ни честь, ни сердце.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Следователь сталкивается с неразрешимым противоречием между служебным долгом и личной жизнью. Любовь, амбиции и внезапное чувство к юной кухарке создают сложный клубок конфликтов, из которого герою предстоит найти выход, не потеряв ни честь, ни сердце.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Молитва Франсуа Вийона
Глава двадцать первая
Господа офицера́!
Присяжный поверенный Антон Степанович Топильский — молодой и амбициозный адвокат, прибывший из Петербурга отстаивать интересы бывшей гувернантки, рассчитывал на легкую победу. На первом судебном заседании в его взоре прямо-таки читалось — провинция, край непуганых медведей и недалеких присяжных заседателей с длинными ушами. Оправдание подзащитной — это как за папиросами сбегать, а там шум в газетах и, как следствие — укрепление своего положения в когорте российской адвокатуры. Разумеется, любому присяжному поверенному лестно, если его фамилию станут упоминать рядом с именами Плевако, Урусова, Александрова и Холева. Кто-то еще был, не упомню, но фамилии Топильского твердо помню, что не встречал. Вполне возможно, что у Антона Степановича имелся такой шанс, но он его не использовал.
Не учел господин Топильский некоторых особенностей русской глубинки и менталитета населения.
В принципе, присяжный поверенный действовал верно. Для начала он потребовал отвода прокурора, должного вести обвинение во время процесса. Чисто формально Топильский был абсолютно прав. Эмиль Эмильевич Книсниц, подписавший обвинительное заключение в отношении госпожи Зубовой, не должен был одновременно выступать на суде как обвинитель. Прямого запрета на этот счет нет, все зависит от решения председательствующего суда. У нас ж все по патриархальному. Коронный суд — это председательствующий и два непременных члена. Только людей в Череповецком Окружном суде не хватает, каждому приходится бывать в разных ипостасях. Бывали случаи, когда и прокуроры, в отсутствие судей (кто-то вдруг заболел или срочно отъехал), в суде заседали. Говорят, что и моего предшественника, покончившего с собой, припахивали, и Литтенбранта из Нелазского вытаскивали. Меня пока бог миловал, но все возможно.
Лентовский пошел навстречу пожеланиям защиты, объявив перерыв на три дня, чтобы новый обвинитель — товарищ прокурора Лазаревский, сумел ознакомиться с делом.
Топильский отбыл в гостиницу, а присяжные заседатели, деятельность которых никто не оплачивал, с полчаса материли столичную штучку. И я их прекрасно понимаю. Это в столице присяжные живут в городе, а коли перерыв случился, так взял извозчика и поехал домой, а у нас? Им же теперь придется либо возвращаться домой, тратить время и деньги на дорогу туда и обратно, либо искать место для проживания. Ладно, если родственники в городе есть, а если нет? Конечно, никто не рассчитывал, что процесс продлится один день, но теперь понятно, что он не уложится и в неделю.
