Расследования возвращают его к жизни после невероятных событий. Теперь он стал свидетелем любви и предательства между юной врачихой и девушкой похожей на Ленку. Снова за границей, он готов揭开新的秘密，但每一步都伴随着危险和背叛的阴影。
Генерал-майор в отставке Григорий Алексеевич Калиновский являлся одним из исключений. У него-то есть имение неподалеку от города (и всего-то семьдесят верст) и двухэтажный каменный дом на Дворянской улице.
С генералом мне сталкиваться не доводилось. Знаю, что есть у нас такой, в храме встречались, но коли он в поле зрения следствия и полиции не попадал, зачем он мне нужен? Возможно, если бы я посещал Дворянское собрание, заходил с визитами к представителям своего сословия, так и познакомились бы. И он мне не нужен был, а уж я-то ему тем более.
"Двухэтажный, да еще и каменный дом для Череповца — тоже редкость. У Милютина, у братьев Демидовых, да у купчихи Волковой. Кажется, еще у кого-то есть, сразу не вспомню. У остальных первый этаж из камня, второй из дерева. Вон, даже у самой известной дворянской фамилии в наших краях — Верещагиных, дом деревянный. Слышал, что они его собираются продавать, подумывал даже — а не купить ли, потом раздумал. Зачем мне огромный дом на один год? Если только потешить свое самолюбие — мол, живу в доме, где родился великий художник-баталист.
При желании, дом Калиновского можно назвать и особняком, и городской усадьбой. Расположен не прямо по улице, а в глубине, а вокруг деревья и кусты. Есть еще флигель, какие-то службы. Возможно — каретный сарай, и конюшня. Но, в принципе, не обязательно. Если нет надобности разъезжать туда-сюда, то коней и коляску можно и напрокат взять. Лошади, если их держать просто так, удовольствие дорогое.
Не люблю я городских усадеб. Все закрыто от чужих глаз, соседей мало. Случись что — свидетелей не отыщешь.
Около входа меня встретил городовой Смирнов.
— Здравия желаю, ваше высокоблагородие, — козырнул Федор, а я лишь кивнул и протянул ему руку.
Может, не полагается мне с нижними чинами здороваться за руку, но они это ценят.
— Здесь? — на всякий случай уточнил я, кивая на дверь. Мог ведь хозяин и в сарае удавиться, и на конюшне. Его усадьба, где хочет, там и вешается.
— Так точно. В кабинете удавленник.
В сопровождении городового прошел внутрь. Дом хороший, но запущенный. Такое впечатление, что здесь убираются крайне редко. А для большого дома и прислуги нужно много. И где, кстати, прислуга?
Поднялись наверх, на второй этаж.
