В Господине следователе захватывающий мир уголовной реальности, где каждая лошадь может быть ключом к открытию нового преступления. Анна Тихоновна держит в своих руках тайну убийства чиновника Борноволкова и других злодеев, заставив их плясать под ее хитроумную музыку. Важно помнить: не все стопки книг — это просто книги....
Да, а за что было убивать молодую женщину, талантливую исполнительницу, на роли которой и держится весь спектакль? Что она могла такое-этакое сотворить? М-да…
Значит, что у меня получается? Вот-вот, получается у меня полная хрень.
[1] Эркюль Пуаро — герой книг Агаты Кристи, а инспектор (потом старший инспектор, суперинтендант) Родерик Аллейн — герой повестей новозеландской писательницы Найо Марш. Марш менее известна, нежели Кристи, но она тоже удостоена ордена Британской империи и носила титул Дама-Командор Ордена Британской Империи.
Глава семнадцатая
Постояльцы гостиницы «Москва»"
"Странно, но появлению судебного следователя в гостинице «Москва» никто не обрадовался. Ни артисты, сбившиеся в обеденном зале, ни хозяйка, стоявшая за стойкой, ни даже мужчина средних лет, одетый в безразмерные штаны, измазанные краской и покоцаную безрукавку поверх драной рубахи, выводивший на стене какой-то рисунок — не то масонскую звезду, не то восьми лучевую «розу ветров» — тот вариант, что любят накалывать на своем предплечье дембеля, отслужившие в ВВС.
Разве что Фрол Егорушкин, сидевший на табурете со скучающим видом, при виде меня слегка оживился.
— В каком нумере жила Мария Эккерт? — поинтересовался я у импресарио.
— Вот здесь, в нумере восемь, — кивнул Степан Леонидович в конец коридора.
Ага, восьмой нумер (эх, я уже по здешнему и думать стал) на первом этаже, а я-то жил на втором. Но номер своей комнаты уже не помню.
— А ключ?
— Ключ у хозяйки, — сообщил Чижаков. — Ключи от нумеров мы всегда хозяевам оставляем. А вчера, как пришли, в нумер никто не входил. Если только Николай, только зачем ему? Как уезжать станем, то вещи Машенькины с собой заберем.
Я мысленно похвалил артистов. Молодцы, что не стали заходить в номер покойной. Сам же пошел к хозяйке.
— Анастасия Тихоновна, — приложил я палец к фуражке. — Будьте любезны — ключ от восьмого номера.
Хозяйка без слов повернулась к стенду, на котором висели ключи, сняла нужный. И, только собралась протянуть его мне, как откуда-то сбоку выскочил какой-то мужчина — мелкий, зато в костюме-тройке.
