В Господине Зиме, где температура падает до минусовых отметок, мир вращается вокруг Больших Человеков и их подобных Буранам. Вселенная полна неожиданных приключений — от захватывающих битв с Верзунами до мистических встреч Глазьев с Всекаргой. Здесь каждый шаг может изменить ход истории, будь то нежные песни Гоннагла или глубокие взгляды Глазьев....
Да кем он себя вообразил, что посмел танцевать с другой?
«Ты же танцевала с Зимовеем», – напомнил Дальний Умысел.
Ладно, допустим, но акварели!!!
«Зимовей показывал тебе свои снежинки», – заметил Дальний Умысел.
Но я же смотрела просто из вежливости!
«Может, и Роланд тоже – из вежливости».
Нет, это всё его тётки, думала Тиффани. Я им никогда не нравилась, я ведь простушка с фермы. А лорд Ахваланг страшно богат, и Йодина – его единственный ребёнок. Конечно, тётки решили женить Роланда!
Но как он может писать о том, что он ел мороженое с другой, будто так и надо! Это же всё равно что… всё равно что… всё равно что делать что-то очень плохое, вот.
А ещё и акварели…
«Вы с Роландом просто переписываетесь, и только потому, что так уж вышло», – напомнил Дальний Умысел.
Да, но…
«Да, но что?» – гнул своё Дальний Умысел.
Тиффани скрипнула зубами. Уж собственный-то ум мог бы быть на её стороне! Совести у него нет…
«Просто “Да, но…”, ясно?» – сердито подумала она.
«Ты мыслишь не очень-то здраво на этот счёт», – заметил Дальний Умысел.
«Ты так считаешь? Знаешь, я весь день мыслила здраво. Я годами оставалась очень здравомыслящей! И я имею право пять минут позлиться, забыв о всяком здравомыслии, тебе не кажется?»
«Внизу на кухне есть запеканка, а ты не ела с самого завтрака, – напомнил Дальний Умысел. – Поешь, и тебе полегчает».
«Как я могу есть, когда они там акварели рассматривают? Как он посмел смотреть на её акварели?!»
Но Дальний Умысел был прав, хотя Тиффани от этого легче не становилось.
Она потянула на себя выдвижной ящик, чтобы достать ложку. Ящик застрял. Тиффани его и трясла, и дёргала, и несколько раз обругала, но ящик не сдвинулся с места.
– О да, продолжай, – сказал кто-то у неё за спиной. – Увидишь, как много с этого проку. Не включай голову, не пытайся осторожно засунуть пальцы в ящик и поправить то, что не даёт его открыть.
Тиффани обернулась.
У стола стояла худая, усталая на вид женщина. Она была замотана в простыню на голое тело и курила сигарету. Тиффани никогда ещё не видела, чтобы женщина курила, да ещё сигарету, пылающую жарким пламенем и рассыпающую искры.
– Кто вы и что вы делаете на кухне госпожи Ягг? – строго спросила Тиффани.
Настал черёд незваной гостьи удивляться.
– Ты видишь меня? – спросила она.
