В Господине Зиме, где температура падает до минусовых отметок, мир вращается вокруг Больших Человеков и их подобных Буранам. Вселенная полна неожиданных приключений — от захватывающих битв с Верзунами до мистических встреч Глазьев с Всекаргой. Здесь каждый шаг может изменить ход истории, будь то нежные песни Гоннагла или глубокие взгляды Глазьев....
– Ну вот, обморозила! Но им-то, конечно, наплевать…
– Они смотрят, даже когда я… моюсь? – спросила Тиффани.
Анунайя неприятно усмехнулась:
– Да. И темнота им тоже не помеха. Лучше просто не думай об этом.
Тиффани снова посмотрела на потолок. Она так надеялась вечером принять ванну…
– Попробую, – нахмурилась она. – Скажите, а это трудно – быть богиней?
– В нашем деле есть свои радости, – ответила Анунайя. Она стояла, держа пламенеющую сигарету у самого лица и обхватив второй рукой локоть.
– Правда? – сказала Тиффани. – А по вам и не скажешь.
– О да. Это была отличная работа, если, конечно, не обращать внимания на крики. Ха! А бог штормов и бурь всё время заливал дождём мою лаву, – с горечью добавила Анунайя. – Мужчины – они такие, дорогуша.
– Или смотрят акварели.
Анунайя зло прищурилась:
– То есть не твои акварели?
– Вот именно!
– Мужчины! Все они одинаковы, – сказала Анунайя. – Послушай моего совета, дорогуша: лучше укажи господину Зиме на дверь. Он ведь всего-навсего стихийный дух, в конце-то концов.
Тиффани покосилась на дверь.
– Дай ему пинка, дорогуша, вышвырни его вон и смени замки. Пусть у вас тут будет лето круглый год, а? Как в жарких странах.
– Штуковина? – переспросила Тиффани встревоженно.
– Не бойся, ещё объявится, – сказала Анунайя. – Я слышала, иногда бывает непросто… Ой, прости, где-то трясут ящик, мне пора, не бойся, я не скажу ему, где ты…
Она исчезла. И дым вместе с ней.
Не зная, чем ещё заняться, Тиффани наложила себе полную тарелку сытной запеканки с мясом и овощами и стала есть.
Отец всегда говорил: не стоит лишний раз попадаться на глаза тем, кто высоко сидит.
Но, с другой стороны, это ведь с ума можно сойти. Он влюблён в неё. И всем говорит об этом. Но всё-таки он не настоящий бог, он стихийный дух. Только и умеет, что гонять ветра и воды.
