Я легла спать с волнением и ожиданием этой поездки, от которой так много зависело и для дел поместья, и для меня самой. Ведь мне представилась возможность увидеть, каков этот новый мир, куда я попала! Узнать, что там… за пределами Дубовой Рощи.
Я впервые за долгое время спала очень крепко, и не могла себе представить, что в этот момент какая-то тонкая ручка осторожно сняла навесной замок с чулана, где был заперт преступник, и тихий голос осторожно прошептал: «Не дале, чем завтра, прибудут люди государевы. Над тобою суд вершить! Дверь на задний двор открыта».
Помните «Гардемаринов»? «Ах, какой это был въезд! Шетарди привёз с собой пятьдесят пажей, камердинеров, ливрейных слуг! Мы привезли с собой всё: мебель, одежду, посуду, сто тысяч бутылок тонкого французского вина…» Ну так вот, только в нашем случае это был выезд.
Когда я смотрела на хвост нашей процессии, которая выезжала за ворота поместья, то я просто диву давалась тому, что это я была основным инициатором и идейным, так сказать, вдохновителем сего действа."
"Впереди, верхом, ехали довольный Виктор и сосредоченный Марко. Следом, в тряской карете, нагруженной нашими пожитками до такой степени, что рессоры трещали, ехали мы с нервной тётушкой и её горничной. Рина попросила разрешения путешествовать с другим «обслуживающим персоналом» в соседней телеге. И я, посмотрев на бедную, замотанную Видну с тёмными кругами под глазами, была не против.
Следом за каретой тащилась телега с продуктами питания, кое-какой посудой и туалетными принадлежностями. Как я уже упоминала, такого понятия, как постоялый двор, в местном понимании не было. Поскольку отсутствовала необходимость частого перемещения большого количества людей в масштабах губернии. Я устало прикрыла глаза - устройство ямских станций, по примеру царской России – целиком обязанность государя! И очень жаль, что он обязанностью этой пренебрегает. Глядишь, мы и не стали бы собирать с собой в дорогу половину поместья…
Далее месили грязь многочисленные телеги с овощами на продажу, с нашими «собственными» овощами, и «общедеревенскими». Когда я вспоминала, каким нервом мне достались согласия местных «глав поселковых самоуправлений», у меня случался предынфакт! Среди сопровождающих повозки людей ярким пятном выделялась тётка Лиляна. И даже вовсе не потому, что в одежде она предпочитала стиль «я надену всё лучшее сразу», а скорее своими громогласными замечаниями. Причём касались они абсолютно всего, что окружало эту прелестную женщину. Недаром, Жарко без сомнений оставил Лиляну на торговле.
Так, во время одной из наших коротких остановок, она без тени сомнения подошла к карете.