В душной осенью Москвы молодая горничная Милка усердно помогает больной хозяйке, словно пытаясь остановить стремительный разлив болезни по комнате. А вокруг шумит мир, словно отражение внутренней риторики: статная дама с карими глазами приходит, искрящимися как звезда над полумраком тускло освещенной комнаты....
Похоже, «Госпожа болотной равнины» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я выплюнула очередного комара и повторила свой вопрос.
- Вы возле Дубовой Рощи, госпожа, про Кащенко неведомо нам, батька не отпускал никуда дальше ярмарки в Липках, да и некогда нам особо то … - мальчик рассказывал степенно, стараясь не показывать свою растерянность. Девочка между тем смотрела во все глаза, и я её отлично понимала: страшная, чумазая тётка в рваных трениках, огромным шишаком на лбу, судорожно сжимающая в руках какой-то предмет, который лишь человек с богатой фантазией смог бы идентифицировать как обувь, с бешено горящим глазом и твердящая про Кащенко? Тут два варианта – либо это наша общаговская вахтёрша, тетка Зина, гонявшая левых студиозусов нещадно, ну либо, собственно, я!
- Ладно, разберёмся – хрипло пообещала неизвестно кому я, и попыталась принять более подобающее для педагога положение.
- Вы не против, молодые люди, если я оставлю вас на несколько минут? Поищу, пожалуй, свой телефон. Он должен быть где-то здесь, выронила, когда падала в карьер. – Правда, устремилась в ближайшие кусты вихляющей походкой отнюдь не с поисковыми целями.
Вернувшись через пару минут с чувством облегчения и даже некоторого умиротворения, застала прелюбопытный разговор, в котором девчонка свистящим шёпотом, слышным на всю округу, сообщала парню: «Ты слыхал это, Мирко? Больно чудная госпожа то! Что за «кащенко» такое, что всё спрашивает она, да приговаривает «щас сдохну»? А не та ли это госпожа, что с третьего дня все дружно ищут? Всем скопом как есть ищут, и батька наш с ними.
Н-да… как говориться, информация к размышлению…посидев ещё немного в приютивших меня кустах и не выяснив более ничего путного, решила выпасть из оных, в очередной раз ошарашив молодёжь. «Какие слабенькие эти селяне» - пронеслось в моей многострадальной голове.
- Какой милый у вас волчонок, ручной совсем.
- Волк у нас самый обычный, в каждом дворе по две штуки, как положено, а что до невидали, так вы, госпожа, знамо дело, в животинах селянских дознания и не имеете особого!
- Ага, Мирко, не имею дознания этого самого. Меня зовут Анна! - Далеко до города отсюда?
- До Ораховаца дня четыре, али пять, а ежели до самой столицы, Румы, так про то не ведомо мне.
