В кромсном доме жил человек, привыкший к суете городских улиц, но сегодняшняя встреча в просторной комнате частного сыщика заставила задуматься о своем внешнем виде. Нэн вздохнула, чувствуя себя скованной перед будущей клиенткой, которая внимательно осматривала её с интересом и ненавистью....
*
Памела Оллинз
– Яд со скотобойни?! – я беспомощно подняла глаза от черепка, лежавшего на подносе перед Рэмвиллом, не в силах осознать услышанное.
– Его еще называют звериным ядом, – любезно пояснил тоненький юноша – полицейский алхимик."
"Некромант отправился к озеру – допрашивать призрак Юны Эйфил. И как я ни настаивала, мне Рэмвилл не позволил поехать с ним. Определенный резон в этом был – мне вроде как угрожает опасность, а если я поеду с охраной, это только отпугнет призрака. С другой стороны, зная имя и место, некромант может призвать и заставить говорить призрачную сущность, хочет она того или нет.
Вот только Юна безумна, и я сомневаюсь, что с ней есть смысл действовать силовыми методами. А со мной она уже однажды заговорила, меня она не боится.
Увы, Рэмвилл не желал ничего слушать. Более того – потребовал, чтобы из дома скорби я отправилась вместе с ним в участок. Кажется, он с большим удовольствием вообще посадил бы меня под замок в камеру, да вот беда – не за что.
А вот доктор Дикард отправился с нами против своей воли – и оказался-таки в камере. Пока его официально подозревают только в преступной халатности – потому что не заявил вовремя об исчезновении девушек.
Черепки разбитой чашки Рэмвилл тоже распорядился забрать, и, боюсь, любви полицейских ко мне это указание совсем не прибавило – им пришлось копаться в мусоре, куда уборщица успела выбросить осколки.
Однако их анализ принес результат.
– Вы можете быть свободны, – кивнул Рэмвилл юноше. – Заберите улики и передайте Неркину проверить все разрешения на звериный яд за последнюю неделю.
Алхимик браво щелкнул каблуками, чуть поклонился и снял поднос со стола главы полицейского управления.
– Я не понимаю, – беспомощно констатировала я. – Что еще за звериный яд? При чем здесь скотобойни?!
– Скотобойни – основное место применения этого яда, – чуть вздохнул Рэмвилл, как только дверь за алхимиком закрылась.
Я досадливо передернула плечами. После всего этот человек все еще умудряется считать меня нежным тепличным цветочком?! Он что, думает, что я упаду в обморок при одной мысли о том, как забивают животных?
– Я знаю, что мясо – это коровы и козы.
