В кромсном доме жил человек, привыкший к суете городских улиц, но сегодняшняя встреча в просторной комнате частного сыщика заставила задуматься о своем внешнем виде. Нэн вздохнула, чувствуя себя скованной перед будущей клиенткой, которая внимательно осматривала её с интересом и ненавистью....
Что мне известно? Пункт первый – ниссард Роминсон. Я знаю, когда и на какое время он уходил из дома неизвестно куда. И именно эти периоды выпали из его памяти.
Пункт второй – жена хозяина ломбарда. Здесь стоит поставить вопросительный знак. Надо выяснить, что с памятью у нее.
Пункт третий – пропавшие драгоценности. Что именно пропало, а что пропало и вернулось у Лилеи Роминсон, я знаю. Кстати, это то, чего не знает полиция – потому что там от ниссин Роминсон отмахнулись. Хотя теперь-то, может, уже и заинтересовались… или нет? Мог Рэмвилл подумать, что целью магической атаки была хозяйка ломбарда, а посетитель подвернулся случайно? Заинтересовали ли его провалы в памяти у этого посетителя?
Хорошо бы еще узнать, что там было про кражи из ломбарда и ювелирного магазина.
Список… у Рэмвилла-то он наверняка есть.
Я откинулась на стуле, прикусив кончик карандаша.
Нет, что-то не так. Отодвинула стул подальше и, тщательно примерившись, закинула на стол ноги.
Вот. Теперь можно размышлять. Главное, не забыть потом протереть стол. Или стоило все-таки снять ботинки? Нет, если снимать ботинки перед тем, как закинуть ноги на стол, это совершенно теряет смысл.
В конце концов, должен же быть у меня какой-нибудь порок! У всех великих сыщиков они есть. Нет ни одной детективной истории, где сыщик безупречен. И кто станет доверять безупречному сыщику? Вот Оттон Вилкинс, к примеру, курит трубку, а еще непрерывно что-то ест.
Главное, успеть протереть стол до того, как вернется Нэн. Ей про обязательные пороки не объяснишь.
– Рэндаф! – негромко окликнула я, и призрачный дворецкий соткался из воздуха прямо передо мной, неодобрительно косясь на мои ноги. – А как ты думаешь, ниссард Рэмвилл не берет работу на дом?
– Ты хочешь, чтобы я подглядывал за джентльменом в его комнате? – суть дядя уловил мгновенно, однако совершенно неверно, на мой взгляд, расставил акценты.
– Ну… можно и в отделении полиции. Мне все равно придется туда наведаться. Просто заглянешь через плечо, когда он останется один…
– Во-первых, – с достоинством ответил Рэндаф, – меня несколько смущает его пес. Не уверен, что он позволяет кому попало заглядывать через плечо хозяину.
– Он же призрачный!
– Я тоже!
Тут я слегка смешалась.
