В просторной комнате бордовым сукном обшитой стеной, рядом с камином стоит хозяин, склонившийся к своей доверенной фигуре. У окна, напротив камина, расположены старое кресло и столик с расписными ножками, а стул для посетителей в углу имеет высокую спинку. Здесь царит таинственная обстановка, где каждое движение говорит о многолетних обычаях и семейных традициях....
Ласково улыбнулся, коснулся пальцами моей щеки и тихо произнес:
– Хочешь, чтобы я посидел с тобой?
Я быстро закивала, с облегчением улыбнувшись в ответ. Плевать на приличия, но одна я точно не усну, пока этот… королевский родственничек в доме. А с Эриком спокойно. И надежно.
– Хорошо, посижу, – покладисто согласился князь, к моей радости. – Мне так тоже меньше волнения будет.
И он направился к креслу. Я же быстро скинула халат и юркнула под одеяло, натянув его почти на самый нос. Дрожь прошла, но время от времени воспоминания о случившемся вызывали холодок в животе, и я сильнее стискивала край одеяла.
– Спи, Анни, я рядом, – шепнул он, пока я тихо млела от прикосновений, жмурясь и расслабляясь окончательно.
Так и уплыла в сон, под едва слышное размеренное дыхание Эрика и деликатную ласку, от которой снова хотелось мурлыкать. Где-то там, в дебрях сна, окончательно уверилась, что пора соблазнять моего упрямого и правильного князя, от греха подальше, а то ходят тут всякие… Пристают… Жить мешают…
Утро.
– Тебе бы сейчас позавидовало множество мужчин из дворца, – вполголоса произнес принц. – У них давно чешутся кулаки на него.
– Что, никто так и не осмелился? – усомнилась я. – И его величество тоже не может приструнить своего родственника?"
"– Понимаешь, – вздохнул Эрик, наблюдая, как рассеивается пыль за экипажем Дариша. – Тут такой тонкий момент. Чисто теоретически Дариш может претендовать на престол, если захочет, и Казимир предпочитает не давать ему поводов для раздражения или злости. Поэтому просто старается почаще усылать куда-нибудь.
Юлиан рядом фыркнул.
– Ой, да ладно, дяде этот трон даром не сдался, – пренебрежительно отозвался он.
– А давайте завтракать? – предложила я. – У меня там творог и мед лежат, вчера на рынке купила…
Спорить никто не стал, и вскоре мы уплетали восхитительные блинчики с медом и творогом, и жизнь стала еще прекраснее. Юлиан поведал, что яйцо нагрелось и теперь урчит, когда он его протирает, а от горничной прикрыл находку качественной иллюзией.
