В просторной комнате бордовым сукном обшитой стеной, рядом с камином стоит хозяин, склонившийся к своей доверенной фигуре. У окна, напротив камина, расположены старое кресло и столик с расписными ножками, а стул для посетителей в углу имеет высокую спинку. Здесь царит таинственная обстановка, где каждое движение говорит о многолетних обычаях и семейных традициях....
В голове тут же навязчиво завертелся знакомый мотив, уши встали торчком, а хвост задрожал в предвкушении. Я еще толком не успела придумать пакость, а глаза уже быстро обежали кухню, отмечая, что на меня никто не смотрит и Алаиры поблизости нет. Чуть изменила траекторию движения, проходя мимо ее стола… Притормозила, принюхалась – ага, сладкий соус, полагаю, к блинчикам или оладушкам. Прости, дорогая, ты первая сыпанула мне в паштет сахара, и не имеет значения, что я смогла исправить рецепт. И, затаив дыхание, я ловко схватила перечницу с полки и щедро сыпанула в миску.
– Так, что с тестом? Молодец, – похвалила я Маруню, она как раз справилась с заготовкой для конвертиков. – Теперь суфле займемся…
В процессе готовки я чутко прислушивалась к шуму за спиной, ожидая в любой момент возмущенных воплей Алаиры, но – их не было. То ли не заметила в суматохе моей диверсии, то ли еще что, вот и хорошо.
– Маруня, пойдем поедим? – предложила напарнице, вытирая руки полотенцем.
– Пойдем! – радостно согласилась она, и мы отошли в дальний угол, где стояли несколько столов для персонала.
Где-то минут двадцать мы провели в спокойствии и умиротворенном молчании, поглощая творожную запеканку с яблоками и корицей, пока вдруг на пороге кухни снова не появился давешний слуга в форменной одежде.
– Госпожу повариху просят к ее величеству! – торжественно сообщил он, а я порадовалась, что уже проглотила кусок и даже допила чай.
Рядом тихонько пискнула Маруня, уронив со звоном вилку, да и у меня екнуло сердце. Я поднялась, поспешно разгладила зачем-то передник и подошла к лакею, или кто он там был по должности.
– Я готова, – вежливо сообщила ему.
И мы направились к ее величеству. По пути я вспомнила про чепчик и торопливо стянула, тряхнув головой и шевельнув ушами, от волнения кровь в них шумела, и я практически не обращала внимания на окружавшую красоту. Подсобные коридоры закончились, и потянулись роскошные залы, только я смотрела в спину слуге и изредка под ноги, чтобы не споткнуться, лишь краем глаза отмечая позолоту, хрусталь и дорогой паркет.
