Автор
Глава криминальной группировки Марина Коваль переживает разрыв с любимым мужем, но личные беды отходят на второй план. Ей предстоит добиться справедливости за зверское избиение и одновременно наводить порядок в своей империи, где каждый день приносит новые испытания и опасности.
– Мне так хорошо было с тобой…
– Было? – возмутился Егор, нависая над ней сверху. – Ах ты, стерва!
– О, вот это именно то, чего я так ждала от тебя, родной мой, никто, кроме тебя, не зовет меня так… – промурлыкала Коваль, устраиваясь у него под боком и закидывая ногу на его бедро.
– Чудовище ты, дорогая моя жена…
Марина и не подозревала, что мышка-норушка Сара окажется столь беспардонной, что ввалится с утра пораньше в спальню и даже не потрудится отвернуться, заметив, что хозяин и его женщина, совершенно голые, лежат, обнявшись, в постели. Коваль потянула на себя одеяло, возмущенно глянув на домработницу, но та и бровью не повела, только глаза у нее как-то странно блеснули при виде Марининого обнаженного тела.
– Обалдеть, Егор! Это что – так принято?
– Девочка, а ты ей понравилась, – засмеялся Егор, обнимая жену и целуя. – И это становится опасно – она ведь любит только женщин, мужчины как класс для нее вообще не существуют.
– О, черт! – пробормотала Марина. – Только этого мне и не хватало – дома Ветка, здесь – твоя Сара!
Егор хохотал, подначивая ее и предлагая не отказываться, если что, от Сариных ухаживаний, и Коваль, разозлившись, стукнула его кулаком в плечо:
– Спятил совсем? Я люблю мужиков сильнее, чем кто бы то ни было!
– Это точно! Если хочешь, можем погулять с тобой, как вчера, – предложил он, вставая с постели и потягиваясь.
Воспоминания о вчерашней вечерней прогулке не порадовали. Опять это чудовищное левостороннее движение, сводившее Марину с ума… Она сидела на заднем сиденье ""Бентли"" и старалась не смотреть на дорогу, чтобы не мутилось в голове от несоответствия, а Егор только улыбался, поглядывая на нее в зеркало заднего вида:
– Что, детка, непривычно?
– Не говори!
– Ничего, к этому можно приспособиться. Может, поедим где-нибудь?
– Нет, не хочу. Давай просто побродим.
Правда, выходить из машины совершенно не хотелось. Английская зима противнее, чем русская, – под ногами лужи, слякоть, все мерзко-серое, и даже люди кажутся под цвет асфальта, так что Коваль в своих черных одеяниях казалась просто верхом яркости и экстравагантности, тут Егор был абсолютно прав. На нее оглядывались, и Малыш с видом собственника держал ее за руку, словно боялся, что уведут. Они прошлись немного по центру города, потом снова долго колесили по улочкам, бесцельно катались, разглядывая дома и редких прохожих.
