– А не знаю, чем предложат, лишь бы платили, – рассмеялась девушка и словно пристыженная взглядом своего строгого седовласого спутника замолчала. – Швея я. Могу, что хочешь смастерить. И платье, и камзол, а еще портки подшить, за деньги, конечно, – она многозначительно приподняла правую бровь и вновь беззаботно захохотала.
– Про швею не знаю, может быть у супруги лорда Георга таковая и имеется в услужении, – многозначительно заметил официант, – а вот на кухню работники требуются, точно. К нам обращался их повар, рассказывал, что помощница сбежала с заезжим музыкантом, а от прочих толка нет. Так что, кареглазая, можешь попытать счастья.
– Спасибо, – отозвалась Мэг и медная монетка почти идеально по прямой покатилась по столу в сторону словоохотливого официанта, который тут же прикрыл её рукой.
– Если что, меня Теодором зовут, – благодарно улыбнувшись, добавил шепотом любезный служка.
– Как? – с деланным непониманием прищурилась Мэг, – как вас зовут?
– Теодором, – повторил официант и оглянулся, по всей видимости, высматривая хозяина, – я тут всегда, если что крикните, выйду.
– Спасибо, – совершенно серьезно отозвалась Мэг, которая сумела без каких- либо видимых женских ухищрений в виде косметики или пёстрых тряпок обратить на себя внимание такого информированного человека, как официант.
– Фёдор! – тут же раздался громкий мужской голос со стороны кухни, – жаркое готово, кто из посетителей заказывал? Забирай!
Официант внимательно посмотрел на Мэг, но не найдя в её лице насмешки из-за того, что он несколько подкорректировал своё имя, торопливо, но важно поспешил на кухню. Странное имя, незнакомое, но женщина даже и бровью не повела на это.
Пару минут между спутниками не было не произнесено ни слова, всё было настолько размеренным, что, казалось, каждый из них ушел в себя. Но это было не так, и как только они убедились, что не привлекают к себе внимание, начали беседу.
– Что будем делать, Эл? Хочешь, сразу наймусь в швеи, – предложила женщина, и в её глазах вовсе не было веселья, которое она демонстрировала Теодору.
– Ты серьезно этим владеешь? – поинтересовался Алекс- Эл, вышедший из своего задумчивого состояния.
– Ага, немного, – отозвался Вилли за свою спутницу, – но раны Мэгги штопает куда как ровнее.
Улыбка знающей себе цену женщины была ему в ответ. Даже само намерение придать выражение своему лицу то злость, то наивную простоту, то обольщение – всё сразу менялось и перестраивалось в этой агентке, соответствовало выбранному образу. Она была дурнушкой, но через пять минут сияла красотой. Мастер перевоплощения, если сказать парой слов.
Алексу вообще казалось, что со спутниками ему очень повезло.