Весёлый огонь скользнул по почти нетронутой части поленьев, лизнул их для пробы и с жаром занялся своей работой.
Стук в дверь отвлек от непростых воспоминаний, заставил повернуться лицом к двери.
– Господин, Вас ожидает император Август, в своём рабочем кабинете ровно через час.
– Хорошо, – ответил граф, и ни одна тень не пробежала по его лицу.
Дверь закрылась, Алекс подвинул кресло к камину, уселся, вытянул длинные ноги и уставился на огонь. За последние месяцы он не просто устал, а безумно вымотался.
Вначале это ложное обвинение в измене, которое только чудом удалось опровергнуть. Несколько анонимных доносов, подкрепленных весьма серьёзными аргументами. И ведь он действительно выезжал в Аравию, не каждый раз спрашивая разрешение на этот шаг у императора Августа. Это было неважно для кого- то рангом и чином пониже, только не для него, дипломата, представляющего страну всякий раз на переговорах, когда возникают серьёзные разногласия, противоречия.
Глава 8. Начало разгадок
Алекс устало потер виски, которые за эти месяцы побелели больше, чем за десять лет поисков своей Ксении.
Распоряжение императора о том, чтобы оповестить Ярославу, было конечно выполнено, вот только кто- то не учел, что это надо делать вовремя. Трудно сказать, кто именно опоздал в этой цепочке – тайная канцелярия или сам император, для которого всё это сплошная политика.
Как легко отгораживаться благими высшими целями, если они не касаются конкретно тебя и твоей семьи. Император сокрушался позднее и, кажется искренне, но разве это избавило Ярославу от пережитого страха?
А ещё и идиоты, решившие оповещать на тюремной карете. Конечно же, она испугалась и чем не повод больше тут не появляться?
И нигде не появляться.
Август, похоже, не понял, что Хадерсон скрывал его дочь, решив, что Яра просто поплакалась знакомому отца. А если и понял, то исчезновение Ярославы послужило укором работы его служб и методам тоже. А значит, полковник его императорской армии оказался куда как проворнее и умнее, чем та же тайная канцелярия. Это могло бы быть пощечиной, но Хадерсон служит только ему, императору, опять же, плюс в величественное самосознание августейшего. Люди, на всё готовые ради правды и великой имперской идеи ( к каковым и Август себя относит) нужны Тарсмании.
Час пролетел незаметно и Алекс, отвлеченный своими мыслями едва не опоздал к назначенному времени.
Идя по коридорам, в непонятно какой раз, граф уже не замечал ни идеально подобранного колера стен, ни картин, начищенных доспехов, украшавших императорский дворец. Он слишком давно тут находится, чтобы восхищаться каждый раз одним и тем же, да и происходящее вокруг вовсе не способствовало этому восторгу.