А теперь ответствуй: кто тебя научил грамоте?
— Так… Сам я-ах-х!!!
Каты любезно придержали с двух сторон дернувшегося и начавшего заваливаться горбуна, вернув его в прежнее положение.
— Что-то я не расслышал толком. Так кто тебя научил грамоте?
Сын-наследник главы Сыскного приказа намекающе похлопал по широкой ладони язычника, стиснувшей старинный золотой крест со свисающей вниз красивой новодельной цепью — и тот более не рискнул лгать. Потому как умному и одного раза достаточно: да и тайна была невелика.
— В Анастасовой обители… Когда еще мальцом был… Послушник Ефрем.
После каждого нового признания знахарь невольно утыкался глазом в верхушку креста, опасаясь новой волны жгучей боли.
— Христиан отвращал от веры православной?
— Нет, царевич-батюшка.
— А воевода пишет, что да. Получается, нарочно на тебя кривду возводит? Чем же ты его так разозлил?..
Попытавшись немного разжать пальцы, горбун тут же ощутил болезненно-сильную хватку родовитого недоросля: хоть и юн был Максим Скуратов-Бельский, но воинскими упражнениями не пренебрегал. Собственно, как уговорил года четыре назад его дружок-царевич своего дядьку-пестуна принять еще одного ученика, так ни одного занятия не пропустил — так что и сила в его деснице была уже почти взрослая, и характерные мозоли от сабельной рукояти вполне ощущались. Как и холодная угроза в темно-карих глазах.
— Так это… Когда в Балахне начали строить государев Хлебный амбар, он свою землю под это устроение отдал. Перед тем как начинать, старшина артельный меня с лозой пустил; плохая там земля под каменное устроение оказалась. Воевода же нашего старшину не послушал, а потом, когда зерно стало сыреть и портиться, нас же и завиноватил! Как будто я порчу навел!.. На хлебушек!!! Недавно один из углов амбара вовсе на аршин в землю ушел, и восходняя стена завалилась мало что не полностью: сразу же и виноватых стали искать…
Задумчиво поигравшись с оголовьем трости, царевич Иоанн перекинул ее в левую руку и благодушно «удивился»:
— Какой воевода молодец, своего имения не жалеет на благо общее!..
Ткнув пальцем в сторону тут же встрепенувшегося писца, синеглазый судия повелел:
— Отправить в Балахну дьяка приказа Большой казны, проверить денежную роспись на устроение и содержание государева Хлебного амбара: и наособицу, кому и сколько заплатили за землю, на которой его возвели.
