Просто нам сейчас очень нужны ваши мозги.
– Что же вы так Управлению не доверяете?
– Да вот что-то дива, который в вас стрелял, они пока не поймали.
– Вы знаете… – задумчиво сказал Аверин, – возможно, это один и тот же див.
– А ведь точно! – воскликнул Виктор. – Вас пытались убить, убили колдуна из Управления! Это может быть связано.
– Да. И, если не трудно, не могли бы вы выкроить несколько минут и озадачить своих ребят «пробить» хозяина автомобиля?
– Да, конечно. Это тоже по нашему делу?
– Пока не знаю. Но не исключаю этого.
Давайте, если никого из нас до вечера не сожрут, встретимся в «Еноте»?
– А вот это просто отличная идея, – возликовал Виктор и, видимо, прикрыв трубку, громким шепотом добавил: – У Владимира новый хозяин. И знаете, предыдущий был лучше. Этот… очень деятельный.
– Да-да. Я с ним уже познакомился, – рассеянно проговорил Аверин. – А, кстати. Я бы хотел взглянуть на труп. Куда его отвезли?
– Так к Семенычу. Можете съездить хоть прямо сейчас. Думаю, вам он точно не откажет.
Именно так Аверин и решил поступить.
Наскоро проглотив завтрак, он позвал Кузю и направился в отделение городской судебно-медицинской экспертизы. Показал на входе звезду и проследовал в прозекторскую.
Альберта Семеновича Каминского Аверин знал уже почти двадцать лет, еще со времен своей службы полицейским колдуном. И все эти годы эксперт выглядел как бодрый старичок лет шестидесяти. И совершенно не менялся. Аверин даже подозревал, что Семеныч – див."
"– А я вас ждал, Гермес Аркадьевич, вот именно вас ждал, никого не пускал, – обрадовался Семеныч.
Аверин лишь прижал кулак ко рту, чтобы подавить смешок. А было от чего. Кузя бы умер от зависти, увидев старого судмедэксперта. На нем красовалась сатиновая косоворотка ярко-желтого цвета, подпоясанная алым кушаком, фиолетовые шаровары и, в довершение образа, какая-то обувь, довольно неплохо имитирующая лапти. Впрочем, Кузя еще налюбуется. Но на осмотр тела дивом нужно сперва получить специальное разрешение.
Старания сдержать смех не укрылись от цепкого взгляда эксперта.
– Между прочим, – выпятив грудь колесом, проговорил Семеныч, – я считаю предрассудками деление моды на молодежную, взрослую и людей средних лет. Что получается, если тебе больше пятидесяти, ты должен рядиться в мешок от картошки?
– Что вы, Альберт Семенович, у меня просто племянник так одевается. Я представил, как он бьется на полу в припадке зависти при виде ваших роскошных шаровар и лаптей.
– А что? Пусть молодежь завидует.
