В Графе и его графине, звучит голос разъяренного хозяина дома о покушении на стеклодува. Его графиня, явно неравнодушная к происходящему, пытается расставить все точки над "i" — отменить похищение или предотвратить возможное нападение. Вопросы и догадки весят тяжестью на сердце каждого, участвуя в этом загадочном инциденте....
- Не заслуживаешь.
- Я полагаю, что должен объясниться.
Лиля кивнула.
Ганц взял из ее рук расческу и провел по длинным волосам.
- ты позволишь?
- Вы спрашиваете у меня разрешения? - едкая ирония змеей скользнула в голосе. Переход на 'вы' не остался незамеченным Ганцем, но принять его он и не подумал.
- Лилиан, я рад, что все так получилось?
- что меня едва не убили? Я тоже рада, что не убили.
- Я не мог тебе рассказать всего.
- Я и не требовала.
Лиля упорно молчала. Ганц смотрел на ее отражение в зеркале.
- Кто ты?
- Я?
- Я говорю не о графине. О тебе. Ты ведь не Лилиан Брокленд?
- Тогда меня бы не узнал отец.
Лиля испугалась, да. Никто и никогда не задавал ей такого вопроса. Но смириться и не подумала. И признаться - тоже.
Ганц покачал головой.
- Я расспрашивал многих, собирал информацию, кстати - поговорил и с Мартой. Продолжать?
Вот теперь в зеленых глазах был еще и интерес. И легкий страх.
- Она рассказала мне, что графиня несколько дней лежала без памяти после потери ребенка. Умирала. Она решилась на крайнее средство - попросила помощи у ведьмы. И та дала ей какой-то порошок. Графиня выздоровела. Но изменилась.
- А вы бы не изменились?
- и я тоже. Но можно стать жестким, решительным, можно стать кем угодно. Нельзя знать то, чего никто не знает.
- Свитки...
- Вы сами их писали, графиня. Я знаю ваш почерки. Буквы другие, но рука - ваша.
- Бред.
Лиля оборонялась.
- Я никогда не назвал бы вас одержимой. И это не происки Мальдонаи. О нет. Вы не шильда, - Ганц чуть заметно улыбался. - Я поговорил с ведьмой. Она призналась, что дала Марте средство - не слишком сильное. Оно должно было понизить жар, оно вообще-то ничего не дало бы...
- Тем более.
- Я предполагал самое невероятное. А ответ, наверное, прост. Графиня умерла, так? А ты - я не знаю, кто ты. Но ты из другой страны. И возможно, твоя душа принадлежала лекарю.
У Лили пробежал мороз по коже. Догадки Ганца были поразительно близки к истине. А что здесь делают с пришельцами? Вряд ли их изучают или фотографируют для газеты.
- Бред.
- И я тоже думаю, что это - бред, - Ганц кивнул. - Причем редкостный.
- Тогда зачем мне его рассказывать?
- Ради осторожности. Лилиан, нельзя так открыто демонстрировать свои умения и навыки. Ладно я, но могут ведь сопоставить и другие. Ты уже не в захолустье, ты в столице...
