В Графе и его графине, звучит голос разъяренного хозяина дома о покушении на стеклодува. Его графиня, явно неравнодушная к происходящему, пытается расставить все точки над "i" — отменить похищение или предотвратить возможное нападение. Вопросы и догадки весят тяжестью на сердце каждого, участвуя в этом загадочном инциденте....
- Нет, я не сказал бы. Так, человек пять...
- Кто там... надо спуститься...
- Ты не одета. Я позову слуг.
- а ты спустись, хорошо?
- Может быть, отца...
- Не вижу смысла. Если что-то важное, тогда...
Но как оказалось, Лоран Ивельен тоже не спал. Оно и неудивительно, дети орали на весь дом. Может, и было бы потише, отправься они в детское крыло. Но - увы, малыши ревели в непосредственной близости от покоев как родителей, так и деда."
"Они с Питером встретились внизу, переглянулись...
Нет, они не ожидали провала.
Этим Ганц и воспользовался. У него было письмо, запечатанное одним из колец Лилиан. А внутри коротенькая записочка.
Вирмане, которые были здесь с Лилей, да и с Алисией, говорили, что тут охраны - человек двадцать. Если начнется бой - Ивельены успеют удрать. А если лезть напролом - он начнется. Поэтому...
Ганц и еще человек пять приедут открыто.
А основной отряд - он будет ждать. Рядом и недолго. Если кто-то подаст сигнал тревоги - они придут на помощь.
Военная хитрость.
И когда он замолотил в ворота, их пропустили без страха. Чего бояться? Пять человек...
Лэйр Ганц поприветствовал герцога, поцеловал руку Амалии и бросился объяснять. Выглядел он так, что поверили.
- Ужасное несчастье! Покушение на графиню Иртон!
- Альдонай! - ахнула Амалия.
- И?
- В нее стреляли. Убийцу взять не удалось. Но стрела попала в легкое... графиня теряет кровь, она очень плоха. Тахир не ручается, что она доживет до утра... госпожа, она очень хотела видеть и вас, и герцога... я умоляю вас...
Ганц упал на колени, с которых его спешно поднял Питер.
- Нас? Но зачем?
- Миранда, госпожа... Лилиан не может умереть спокойно, она просила меня привезти вас. Она знает, что вы сможете приглядеть за девочкой.
Ганц врал вдохновенно, на волне адреналина. И столько искренности звучало в его словах... да и кого еще просить. Старую гадюку? Смешно... Алисии ребенка можно было доверить в последнюю очередь.
Амалия вздохнула.
Ехать не хотелось. Но...разве она может отказать в такой просьбе?
- Возможно, с утра...
- госпожа! Графиня очень плоха! - Ганц опять упал на колени. По лицу его струились настоящие крупные слезы. А то ж... коленками со всей дури - больно...
