Автор
В зимний день 1817 года старый граф Харрикayne Торнwick находится на грани падения, когда его вновь берет решимость: он должен найти жену. Время у него катастрофически ограничено – все хуже идет с его здоровьем. Этот поединок стал не только битвой за свою корону, но и выживание в условиях боли и безвыходности....
Для этого и существует сезон, не так ли?
Максуэлл выпрямился и с любопытством взглянул на девушку.
– Но есть и другие желающие узнать вас получше, верно? Лорд Торнуик, например.
– Мой отец на это и надеется, – невольно вздохнув, ответила Анджелина.
– Как же я могу состязаться с графом? – в раздражении проворчал капитан, откидываясь на спинку дивана.
Девушка пожала плечами.
– Вы не менее уважаемый человек. К тому же я познакомилась с графом всего несколько дней назад. А вашего возвращения ждала больше года, капитан.
Он пристально посмотрел на нее.
– Я тоже ждал. Вы даже не представляете, как я жаждал… и как боялся возвращения домой. Ведь я не знал, как вы воспримете мою изменившуюся внешность.
Анджелина молча кивнула: она прекрасно понимала, что происходит в душе капитана. А он, нервно поерзав, пробормотал:
– Вы уверены, что мое лицо не вызывает у вас отвращения?
Его манера постоянно возвращаться к теме своего увечья вызвала легкое раздражение. Ну сколько можно об этом говорить?!
– Конечно, не вызывает.
– Нет-нет, что вы!.. – прошептал капитан. – Я вовсе не считаю вас такой… Просто… я ведь знаю, что на меня нелегко смотреть.
– У вас нет причин так говорить, – возразила девушка.
Капитан на мгновение прикрыл глаза, потом тихо проговорил:
– Последние месяцы я видел свое лицо в зеркале каждый день и каждую ночь молился о том, чтобы все поскорее заживало.
Анджелина смотрела на капитана с сочувствием и тревогой. Как же ему помочь? Ей хотелось ласково погладить его по щеке, но разве такое возможно, если отец находится в комнате?
– Дайте себе время, капитан, – сказала девушка. – Я уверена, что ваше состояние уже улучшилось. Шрамы обязательно заживут.
– Вы очень добры, – с улыбкой ответил Максуэлл. – Что же до шрамов… Не уверен, что вы правы.
– Конечно, права. Но не надо об этом говорить. Поверьте, для меня это не важно…
Не сводя с нее глаз, капитан прошептал:
– Мисс Рул, я думал о вас каждый день, пока был в Индии.
На сердце у Анджелины сразу стало легче, и она, улыбнувшись, сказала:
– А я думала о вас.
