Страх и робость никуда не ушли — они словно змеи вглубь подсознания. Хотя время прошло, их влияние остается непреодолимым. Андрей осознает, что правда между легендами о Иоанне Грозном часто скрываются в тени ложных историй. Книга открывает мир, где легенды и факты переплетаются, заставляя задумываться обо всем, что мы знаем как истинно....
– За мной? – выгнул бровь Андрей, немало пораженный. На кой бес простой воевода нужен для принятия посольства? Впрочем, спорить не стал. Слуге обманывать не было резона, а ему ломаться. Если Иоанну Васильевичу потребовалось его присутствие, значит нужно идти. Поэтому бросив все текущие дела, он отправился облачаться.
А дела полезные.
Очень полезные дела…
Их требовалось отложить, уступая более приоритетной фигне…
Он ведь с иноземными купцами возился и с их товарами. С испанскими да английскими. Отбирая для полка то, что нужно из всего этого великолепия.
В принципе – логичное требование. Для современного человека. В XVI веке оно казалось если не абсурдным, то странным. Во всяком случае в Западной Европе.
"Без всякого сомнения испанские аркебузы были изготовлены не в пример лучше, местных, отечественных[7]. Настолько, что даже не вооруженным глазом это было видно, не вызывая сомнений. Их ствол при том же калибре оказывался существенно легче и крепче. Да и ложе с прикладом изящнее выходили. Проблема была в том, что калибр этот у них плясал в довольно широком диапазоне.
– Зачем сие? – поинтересовался Царь, наблюдавший за процессом выбора.
– Чтобы не каждый себе лил пули на привале, а специально обученный человек при полку. И не тяп-ляп, а добротно да аккуратно. Если же и пули добрые, и стволы одинаковые, и заряды схожие, то на залпе пули кучно полетят и толку от них окажется много больше.
– В Европе никто так не делает, – заметил Ченслор, который также наблюдал за непонятным делом.
– Тем хуже для Европы, – пожал плечами Андрей.
– Но почему? – удивился Анри.
– Потому что она еще не доросла до уровня, потребного для принятия наследия Рима. Не в виде скульптур и художеств, а в плане рационального мышления…
Андрей ответил слишком раздраженно.
