25 мая 15:40, летний дворец императора пульсеет энергией и напряжением. Василий поднимается с кровати, ощущая ритмичный вихрь вокруг него — меридианы активированы. Внезапно Строганов бросается на одного из гвардейцев, глаза пугливо расширяются. Я успеваю перехватить его щитом и улыбаюсь, когда он понимает, что не является врагом....
Похоже, «Граф Суворов. Том 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Можно же в конце концов переманить людей, найти не таких фанатичных, кого-то подкупить, кого-то соблазнить. Угрожать, похищать – в конце концов.
— Пробовали. Вот только я напомню – они тщательно воспитываемые фанатики, которых отбирают в раннем детстве. Нет, конечно, бывают исключения, но они лишь подтверждают правила. — ответил Багратион. — А кроме того, опыт, когда гигантские суммы и десятилетия сливались на исследования и разработку лекарств, а потом выяснялось, что твой ведущий специалист – двойной агент, которого ты на самом деле не завербовал, а он продолжал работать на орден.
— Это уже не орден, а тоталитарная секта получается, с накачкой членов высшим руководством. — нахмурившись проговорил я.
— И наркотиками. — кивнул Багратион. — По крайней мере ходят такие упорные слухи. Иначе сложно объяснить ломку, возникающую у тех, кто попытался выйти из ордена, или тех, кого из него похитили.
— Давай подытожим. У нас есть гигантская секта, состоящая из умных, преданных своей идее людей, которых на этом принципе воспитывают с детства, но на всякий случай еще и держат на наркоте.
— Скорее шведкой. — покачал головой Константин.
— Да без разницы. — отмахнулся я, стараясь не упустить мысль.
— В целом верно. — кивнул Багратион. — Только учитывай, что это не только у нас, но по всему миру.
— Кошмар… а я еще удивлялся, как у нас под носом может существовать секта поклонников монстров и чудовищ. — пробормотал я, схватившись за голову. — А она, оказывается, самая меньшая из наших проблем.
— Ну не все так плохо. — заметил Константин. — До тех пор, пока они придерживаются своих основных принципов, это и в самом деле инструмент мира. Сколько людей они спасли и спасают ежедневно в своих клиниках, госпиталях и сельских кабинетах – даже оценить сложно. Так что государства мирятся с небольшими сложностями по работе с орденом, из-за его высокой эффективности.
— А что, если они начали изменять своим принципам? — спросил я, взглянув на Константина.
