Графиня Геймбах встречала гостей в теплой и уютной гостиной, где было повсюду огня от каминов. Хотя обычно зимой они разжигали камины для изоляции стены, здесь их использовали как быстрое обогреватели. Кухарка была лишенна возможности заваривать чай, за счёт того, что графиня хранила его в маленьком мешочке, чтобы не испортить вкус. Кофе, скорее всего, не укладывался в её бедность и нежданной нищете....
Итак, господин Герман, извольте высказаться.
Сопровождающие Её Высочество статс-дамы синхронно огорчённо покачали головами, тем самым намекая на то, что я нарываюсь сейчас на ещё большие неприятности, пытаясь доподлинно узнать ситуацию. Княгиня также подарила мне недоумевающий взгляд и мне показалось, что теперь она не играет, а на самом деле не понимает, что не так и для чего мне ещё какие-то там свидетельства, когда всё и так предельно ясно – её дети были оскорблены и требуют компенсации морального вреда.
- С вашего позволения, - гувернёр обвёл собравшихся серьёзным взглядом. – Госпожа графиня разрешила нам вместе с Дитрихом отправиться на конюшню, где он должен был учиться ухаживать за своим пони. А потом под присмотром конюха покататься на своём Зевсе. Когда пришли Их Высочества, Зевс уже был практически обихожен, и принц Вольдемар изъявил желание прокатиться на пони.
Я мотнула головой – пока всё верно и Дитрих мне обещал, что сядет на пони только под руководством конюха.
- Тогда мальчики сказали, что Дитрих выполняет работу конюха, умаляя тем самым своё достоинство. И принимает слишком близко к сердцу ваше мнение, госпожа, - деликатно добавил гувернёр.
- Вольдемар сказал, что слушаться мачеху совсем необязательно, она же неродная ему. И вообще, в этом доме никто и никакого права голоса не имеет, просто заменяет няньку ему и его престарелому деду. А его настоящая мать умерла, так что он сирота, - в очередной раз выглянув из-за юбки госпожи Винцбур, выпалил шестилетний Эрик и пакостно улыбнулся при этом.
- И что, разве это неправда? – выпятил грудь колесом старший принц и нагло усмехнулся. – Я слышал, как шептались фрейлины моей матери.
"М-да… судя по тому, как занервничали, запыхтели и виновато запереглядывались между собой первые статс-дамы княжьего двора, среди тех самых обсуждающих женитьбу графа Штольке-Геймбах были и две эти милые женщины.
