Молодой человек, бывший всемогущим магом в безмагичном мире, попадает в реальность, где магия реальна, а он — никто. Потеряв силу и статус, герой должен найти в себе мужество, чтобы восстановить честь и доказать свою ценность в новом мире, полагаясь на знания прошлого и собственный характер.
Раздел Chitat.online для книги «Грани чести» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Молодой человек, бывший всемогущим магом в безмагичном мире, попадает в реальность, где магия реальна, а он — никто. Потеряв силу и статус, герой должен найти в себе мужество, чтобы восстановить честь и доказать свою ценность в новом мире, полагаясь на знания прошлого и собственный характер.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Молодой человек, бывший всемогущим магом в безмагичном мире, попадает в реальность, где магия реальна, а он — никто. Потеряв силу и статус, герой должен найти в себе мужество, чтобы восстановить честь и доказать свою ценность в новом мире, полагаясь на знания прошлого и собственный характер.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Троица врагов под общим Щитом воспользовалась тем, что Дёмин отвлекся и ударила.
Огромный огненный шар ударил в Ивана Васильевича со страшной силой и даже смог сбить с ног. Во все стороны снова ударил пар. Вот только на этот раз он не замерзал, а обжигал. Часть улицы, что была ранее покрыта льдом и инеем, моментально оттаяла, а затем высвободившаяся жидкость вскипела и густым паровым облаком понеслась в разные стороны. В том числе – и в нашу.
Не особо соображая, что именно делаю, я шагнул вплотную к Егору, а затем умудрился «зачерпнуть» целую прорву маны. И даже то, что она всё ещё пребывала отнюдь не в спокойном состоянии, мне не помешало. Действуя скорее на рефлексах, я положил руку Егору на плечо, с силой надавил, вынуждая того пригнуться, а затем поставил на пути парового облака «Ледяную стену».
Столкновение двух стихий болью отозвалось в каждой клеточке моего тела. Не знаю, что именно я намудрил с заклинанием, но ощущение было, будто бы меня в кипяток окунули. Но «Ледяная стена» выдержала, хоть и истончилась. Но, как оказалось, ничего ещё не закончилось.
Не успела ещё первая волна пара испариться, как в Ивана Васильевича ударил очередной сгусток огня. И всё повторилось. Снова боль, от которой мутнеет в глазах. И я наконец-то соображаю, что это не из-за действия заклинания. Просто «Ледяная стена» не монолитна, и нас с Егором всё равно обжигает паром.
А в следующую секунду, вместе с волной холода, пришло облегчение. Вся улица, куда хватало взгляда, покрылась льдом. Я даже как-то отстраненно подумал, что моя «Ледяная стена» отлично вписывается в получившуюся композицию. И покрытый ледяной коркой Егор, в чьём остановившемся взгляде всё ещё можно заметить удивление, тоже.
А вообще – не важно. И снежный вихрь, круживший рядом – тоже не важен. Сейчас важнее поспать. Сон – лучшее лекарство!
Глава 16
Человек произошёл от божественной обезьяны.
Аркадий Филиппович ДавидовичПросыпался я постепенно. Глаза ещё закрыты, в сознании бродят обрывки сна, и хочется спать дальше, чтобы эти сны досмотреть. Но с каждой минутой они становятся всё менее чёткими, пока не уходят окончательно, оставив после себя понимание – больше не заснуть. И только после этого, досадуя про себя на вселенскую несправедливость, я решил окончательно проснуться и открыть глаза.
Уставившись в белоснежный потолок, я вытянул руки над головой, собираясь потянуться, и чуть не застонал от боли. Болело, казалось, всё тело. Причем и внутри и снаружи. Не так сильно, как это бывало у Маркуса до исцеления, но тоже ничего хорошего. А ещё что-то сильно стягивало кожу. Что за чёрт?!
– Осторожней, боярич! – раздался слева смутно знакомый голос. – Не шевелись особо, а то снова кровить начнёт.
