Молодой дворянин Маркус едет в поход по запутанным тропам, не замечая темноты и опасности. Среди гнетущей однообразности его жизнь кажется особенно скучной, но упорство держит его шаги непрерывными, даже если дорога исчезает в безвыходном лабиринте.
Оно, подобно снежной лавине, смело все прочие чувства и даже немного притушило ставшую уже привычной боль.
Ну ё-моё! На смену одной хрени пришла другая! И это перед действительно, как мне кажется, важным разговором. И выбор то какой богатый! Либо дрожать и бояться, либо тихо кипеть, сдерживаясь, чтобы не нахамить или, не дай Бог, полезть в драку. Ага, в драку. Со Стихийником ранга Богатырь, шестого из семи возможных.
Последняя мысль, как ни странно, развеселила и я, не сдержавшись, весело фыркнул. А спустя секунду понял, что практически успокоился.
Беседка, в которой меня ждали, располагалась в саду, рядом с маленьким рукотворным прудиком и со стороны походила на какой-то сказочный теремок.
Иван Васильевич сидел внутри, на лавочке, вальяжно откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. Он задумчиво глядел куда-то вдаль и на моё появление вроде как не обратил внимания.
– Живот болит, – буркнул я, и постарался сделать вид, что смутился. Получилось, кажется, не очень, так как брови Ивана Васильевича поползли ещё выше.
– Сильно? – всё ещё удивленно меня разглядывая, спросил он.
– Постоянно, – поморщился я. И, явно неожиданно для собеседника, добавил: – Кстати, хотел на эту тему с вами поговорить…
Как там в поговорке: удивить значит победить? Ну, насчет победить не знаю, а вот удивил я его стопроцентно. И, похоже, сломал шаблон. А следовательно и разговор боярину придется строить по другому.
– Я слушаю, – задумчиво протянул он.
– Добромила сказала, что мне нужна помощь целителя более высокого ранга. И посоветовала обратиться в княжескую клинику.
– И-и? – вопросительно протянул боярин.
– Так не самому же мне к княгине за разрешением идти? – пожал я плечами, и постарался придать лицу наивное выражение.
– Ага, – кивнул Иван Васильевич, и зачем-то разгладил усы. – Мне, значит, идти предлагаешь.
– Вам. Или Михаилу Васильевичу. А, может быть, ещё кто-то есть, кого княгиня примет.
