Автор
Солнечный день. Люди спешат домой, кто-то на прогулку, а кто-то в магазин. Я же на подоконнике, рассматриваю отражение. Мое детство кажется давно ушедшем, и даже сейчас я чувствую это — красота в зеркале несопоставима с внешностью вокруг меня. А между тем мне предстоит преодолеть гораздо большее препятствие, чтобы стать самой собой....
Сцепив плотно челюсти, резко поворачивается в мою сторону, прищуривается.
– Поехали, – сжав мой локоть, тянет за собой, как куклу.
– Куда опять ты меня…
– Увидишь, – перебивает.
Дальше ни слова. Автомобиль трогается с места с бешеной скоростью. Я не боялась там, на кладбище. Потому что бояться нужно живых, а не мертвых. Однако сейчас мне действительно страшно. Тимур нажимает на газ так, будто хочет нас убить. Я решаюсь как-то возразить, но в то же время… Нет, не покажу ему свой страх.
Мы едем долго, и за все это время Захаров ни разу не открывает рот, не заговаривает со мной.
Внутри меня творится черт-те что. Смотрю на ночное небо и вспоминаю, как загадывала желание буквально пару месяцев назад, увидев падающую звезду. А ведь я так мечтала быть с этим мужчиной. Связать с ним судьбу, не бросать ни в горе, ни в радости.
Усмехаюсь, нервно сглатывая удушающий ком в горле. Прекрати, Мира. Все осталось позади. Он тебе не пара, поэтому хватит страдать из-за несостоявшихся отношениях.
Да, я была нужна ему. И сейчас, впрочем, тоже нужна. Однако всего лишь для мести. Для своих целей, которые он преследует достаточно долгое время.
Дура! Как же я могла так ошибиться? Как я могла подумать, что он действительно любит меня? Наивная… Слепая!
И снова автомобиль тормозит, но в этот раз у огромных ворот.
– Где мы? – спрашиваю твердо, но Захаров игнорирует меня. – Я тебя спрашиваю!
Когда оказываемся уже в доме, внутри меня что-то щелкает. Почему-то мне сразу становится ясно, что это за берлога. Мебель прибита пылью настолько, что не угадаешь, какого она цвета.
Тимур останавливается у лестницы, смотрит снизу вверх. Снова закуривает, присаживаясь на предпоследнюю ступеньку. Затягивается.
– В тот день я был… в другом городе, – прищуриваясь, смотрит на меня исподлобья. Выпускает большое облако дыма. – Должен был наконец найти твоего братишку. Три раза его сажал за решетку. В первый он просидел четыре года, – снова делает затяжку.
Сажусь на тумбочку напротив.
